Для русскоязычного читателя издание книги Андре Руйе «Фотография. Между документом и современным искусством», как и приуроченные к выходу книги публичные лекции, прочитанные в Москве, Петербурге, Екатеринбурге, Перми и Нижнем Новгороде, без преувеличения могут быть обозначены как Событие с большой буквы. Поскольку книга эта не только фундаментальное исследование фотографии, подобного которому на русском языке прежде не было, но и своего рода вызов. Для того, чтоб прочесть, а главное – осмыслить без малого шесть сотен страниц, неподготовленному читателю придется пробиваться сквозь текст, насыщенный актуальной философской терминологией, и погружаться в умозрительную традицию Франции (и не только ее, разумеется) – законодательницы интеллектуальных мировых трендов последних десятилетий. Однако подобное занятие помимо потенции освоения широчайшего спектра мыслительных категорий, необходимых любому, кто стремится понять фотографию и все, что с ней связано, содержит в себе, несомненно, и потенцию «удовольствия от текста». Само это словосочетание заставляет вспомнить еще об одном французе – Ролане Барте, хотя в настоящем контексте и не вполне об этой его работе, а о «Camera lucida» – тексте для теории фотографии хрестоматийном и русскоязычными исследователями почитаемом.
Однако именно ему и противопоставляет свое исследование Андре Руйе: «У меня есть большой враг – Ролан Барт, – говорит автор на публичной лекции в екатеринбургском Доме Метенкова. – В некотором смысле моя книга – это противостояние Барту, поскольку я настаиваю на всеобъемлемости, тотальности фотографии. В «Camera lucida» Барт утверждает, что в фотографии он видит только предмет, то есть заведомо предсуществующий референт. Я задаюсь вопросом: если он видит только предмет, чего же он не видит? Он не видит формы, наивно полагая, что существуют нейтральные отпечатки!». Вслед за Мишелем Фуко Руйе говорит о невозможности какой-либо объективной истины, а это значит, что всякое изображение – фикция. Регистрация истины в изображении невозможна, есть лишь возможность ее конструирования.
Этим обусловлена и авторская методология, и взгляд на фотографию, которой, по словам Руйе, «самой в себе не существует», а существуют множественные фотографические практики, которые находятся в перманентном процессе эволюции. С самого момента своего возникновения фотография – есть фундаментальная необходимость исторического процесса, развития социума. И подобно тому как изобретение фотографии в XIX веке встроено в процесс перехода от традиционного общества к индустриальному, изобретение цифровой фотографии также является показателем трансформации общества в новое качественное состояние. И мы в этом смысле – свидетели чрезвычайно важного исторического этапа – рождения новой цивилизации, триумфа нового опыта и кардинальной смены эстетической парадигмы.
Именно анализу дигитального изображения и цифровой эпохи посвящена книга, над которой Руйе работает в настоящее время и разговором о которой он завершил публичное выступление в Екатеринбурге. Основная ее идея заключается в том, что с переходом от съемки на аналоговые камеры с видоискателем к высокоскоростной съемке на смартфоны (на которые делается сегодня 80% изображений) человек начал фотографировать не глазом, а всем телом. Новый способ фотографирования манифестирует новые принципы изображения, идущие вразрез с существовавшими до настоящего времени, в основе которых лежат ценности эпохи Возрождения – гуманизм, антропоцентризм, индивидуализм. Этот разрыв с традицией Ренессанса – знак существенного раскола в современном гуманистическом обществе.
Лекция прошла при полном аншлаге. Очевидно, что кроме памятных надписей (которые, меж тем, Руйе писал с особым тщанием) на книжных страницах, читатели унесли надежду на скорейшее издание последней книги мыслителя.
