Есть фотокниги, которые сложно комментировать. Они, как пейзажи Тарковского или диалоги Муратовой, настолько полно говорят о себе, что любой их пересказ звучит словно сбивчивое объяснение дороги домой. Почти месяц на моем столе лежал черно-белый томик Екатерины Соловьевой «Круг земной. Колодозеро», в очереди, ожидая своего превращения в текст. Однако, стоило мне открыть рядом с компьютером книгу и начать, в попытке уловить ритм незамысловатых будней русского севера, рассматривать фотографии, как слова одуванчиковым пухом взмывали в небо – а в руках неизменно оставался лишь откровенно голый стебелек пустой страницы. Про «Колодозеро» нет смысла писать, его нужно смотреть – а лучше, как, наверное, сказала бы сама Екатерина, туда ехать.
«Колодозеро» – история человека, волей то ли случая, то ли судьбы оказавшаяся некрологом. Через четыре дня после публикации книги ее главный герой, «священник-панк» Аркадий Шлыков, трагически скончался от сердечного приступа в собственном доме в карельской глуши, куда, пятнадцать лет назад решил перебраться из Москвы в поисках жизненного предназначения. Когда в 2009 году со странным бунтарем познакомилась фотограф Екатерина Соловьева, вряд ли кто-то мог предположить, что календарь затерянного в Пудожских лесах села на границе Архангельской области и Карелии станет личной летописью одного, завершенного, «земного круга».
Русский север всегда занимал особое место среди интересов Екатерины: поисками и систематизацией его истории, традиций и культуры она занималась с 2005 года, параллельно ведя тематическое онлайн сообщество для таких же, как она, фанатов загадочного региона. В какой-то момент, вспоминает фотограф, на глаза все чаще стали попадаться упоминания необычного «рыжеволосого викинга с опилками в бороде», вокруг которого в Колодозеро стала разворачиваться особенная «движуха».
«Когда я увидела фотографии Миши Масленникова, то все сомнения сразу исчезли. Понятно, у меня дети, живу заграницей, деревня – далеко, как добраться – непонятно, но ехать надо! Такая тема! – рассказывает Екатерина. – Мой отец, писатель, сам по русскому северу путешествовал в юношестве, и историями его приключений я подпитывалась все детство. У нас еще дома икона висит, которую он еще в 1970-х в разрушенной часовне нашел… Так что бессознательно меня всегда в этот регион тянуло. Первые поездки случились в лет 17: сначала Вологда, потом все дальше и дальше, добиралась и до Кольского полуострова. Север для меня – та самая Русь! Совершенно отдельный мир. Но, попав в Колодозеро и пообщавшись с отцом Аркадием, я поняла: вот он – север, о котором я могу и буду писать, снимать и рассказывать – теперь не абстрактно, а конкретно».
«Прибыли мы в Колодозеро утром, вместе с артелью иконописцев, которые должны были расписывать в храме «небо». Отправились осматривать храм и увидели, что к росписи «неба» ничего не готово и самое главное — отсутствуют «леса». Священника дома не оказалось, зато за столом сидели испуганный архитектор храма и известный местный персонаж Юрка. Юрка был выпимши и, не выпуская из рук огромный нож, рассказывал архитектору бесчисленные деревенские байки. Нас Юрка тоже «взял в заложники», и мы уже отчаялись освободиться из его «плена», как вдруг дверь распахнулась, в горницу вошел огромный рыжеволосый лохматый викинг с опилками в бороде, молча взвалил Юрку на плечо и унес в туман. Так я впервые увидела о. Аркадия. В этот самый момент я поняла, что приехала по адресу, и что Колодозеро изменит мою жизнь».
(Из истории «Викинг» Екатерины Соловьевой)
И Екатерина сдержала обещание, данное самой себе. Русь, вихрем заворачивающаяся вокруг необычного искреннего и сильного человека, действительно случилась: в результате попыток если не понять, то почувствовать простую жизнь от Рождества до Великого Поста. Дорога размышлений, наблюдений и вопросов – фотокнига, опубликованная в голландском издательстве Schilt Publishing. На ее страницах – абсолютно другой мир, мало знакомый «цивилизации», где недовольный покупатель может позволить себе выплеснуть кофе в лицо продавцу.
«Другой мир», – повторяет фотограф.
«Другой мир,» – крутится в голове, когда, держа в руках книгу, боишься перевернуть страницу, чтобы не соскользнуть в очередную пустоту/вечность. Там люди – будто бы без возраста, а покосившиеся остановки, с которых невозможно никуда уехать, – без времени. Православные праздники сменяют друг друга, в звезды – как на потолке храма, отстроенного своими силами косматым отцом Аркадием, так и в потрескивающем морозом карельском небе – все также мерцают на привычных, намоленных-насиженных местах.
«Колодозерский круговорот затягивает, и уже кажется невозможной жизнь другая, без утреннего тумана, в котором возникает из небытия лодка, непонятно — по воде плывущая или по самому туману. Кажутся вечными бесчисленные кошки и собаки, козы и куры, девочка с корзинкой у дороги и молодежь с синими от черники губами. Вернувшись в город, не скоро приходишь в себя: сквозь стены квартиры еще долго слышится ему комариный гул и звон колоколов, а в рисунке обоев то и дело проступает знакомый до боли контур храма Рождества Богородицы».
(Из истории «Побег» Екатерины Соловьевой)
Фотограф снимала проект на протяжении девяти лет. Вспоминает, что «моталась» в Колодозеро при каждом удобном моменте. «Вот есть у меня осенью неделя – я еду. Лето, Пасха, Рождество, осень, весна… В течение одного 2012 года поездок было девять. Очень скоро в деревне я обжилась, местные меня знают, мы и за клюквой ходили, и на рыбалку, и сеть проверять, и за грибами. Обалденные там – не только отец Аркадий, которого я очень полюбила, но и все люди. У каждого – история: кто что любит делать, кто где умер, кто, где у кого утонул. Все набралось и получилась книга. Когда я оглядываюсь на тематику сегодняшних книг, то понимаю, что ничего похожего нет – такого, чтобы с человеческой судьбой. Их мало».
Стиль летописи, неторопливого календарного архива, в котором, кажется, и сама Екатерина постепенно стала одной из «своих», сохранился и у книги. Для иностранных читателей она «so Russian», но, несмотря на это первое впечатление, проект выпадает из всех стереотипов о России, ее избушках и пьянстве, утопающем в бездорожье. «В целом, впечатление: классный черно-белый фильм, где можно подолгу рассматривать каждый кадр, потом снова листать, то быстро, то медленно, с любого места, погружаясь в особый ритм – не столько повествовательный, сколько музыкальный,» – комментирует работу критик Рая Михайлова.
«Все, кто попадает к о. Аркадию в его колодозерский дом, в его храм на службу, куда-то или от чего-то бегут. От шума, от городской тоски, от бессмыслицы жизни, от себя самих, от себя прежних, от себя грешных и неправильных. Аркадий и сам беглец, он повторяет, что остался тут, «потому что слаб, а сильный — он может уехать».
(Из истории «Побег» Екатерины Соловьевой)
Поездки в Колодозеро, по признанию самой Екатерины, оказали на нее сильное воздействие. Настроения «заграничной восторженной девочки, нашедшей в деревне потерянный рай» уже через три года уступили место пониманию: «Круг земной» – история про жизнь и одиночество, про подвиг, ношу, которую взял на себя человек, а вытянуть не смог.
«Последние годы я снимала про этот крест, про то, как отцу Аркадию плохо, как он его тащит и продолжает людей любить… продолжает все это делать. И вся любовь стала для него роковой…
Святым-то он не был никогда… и у меня никогда не было намерения его таким представлять в книге. Я пишу о нем как о человеке страстей – но, все равно, он был лучшим из нас. Отец Аркадий обладал огромным даром – любить. Это все, что он умел, по большому счету. Именно этой любовью он всегда и лучился».
«А что теперь, Катя? – спрашиваю я в конце нашего разговора о книге и проекте. – Закончилась ли история Колодозера с уходом Аркадия?» – «Нет, конечно! После генеральной уборки в его доме решили ставить новые печки – надеюсь поехать помочь. Соберется круг друзей, который мне очень важен. Там – храм и звезды на потолке, которые я рисовала 10 лет назад. Теперь это – моя вторая родина. Важны люди, важно общение, впереди – еще одна книга, которую планирую написать!»
The Earth´s circle. Kolodozero
Круг земной. Колодозеро
Издательство: Schilt Publishing, 2018
Английский язык
Мягкая обложка
144 стр.
ISBN 978-9053308998
