...Могли узнать те, кто посетил открытие экспозиции "Пропаганда и мечты. Фотография 1930-х годов" в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Оно стало центральным событием турне выставки по России, организованного Государственным музейно-выставочным центром РОСИЗО Министерства культуры России. На открытии присутствовали и спонсоры показа выставки: Chemonics International Inc. (генеральный спонсор), Delta (официальный перевозчик выставки), Boeing, United Technologies, Castrol, Альфа-Банк, и высокие официальные гости. Пушкинский музей, привыкший к определенной публике на открытии, в этот раз с удивлением принимал синтетический замес из политиков, дипломатов, деятелей современного искусства, фотографов (среди которых были и репортеры, и художники, и "служители моды"), журналистов и просто публики, стремившейся правдами и неправдами просочиться на открытие и получить на память представительную пригласительную карточку с бордовым нутром, где серебром расписан весь маршрут выставки по США и России.
Помните ли вы Пушкинский музей, поражающий и досужего иностранца, и нашего провинциала самими интерьерами, в недрах которых представлены и уникальные полотна импрессионистов, и копии древнегреческой скульптуры? Пушкинский - музей, воплощающий самою идею музея-храма, с величавой колоннадой и высокими лестницами, в котором по правилам храмовой аскезы отсутствуют "новомодности" вроде лифтов и кондиционеров, в нем все – сама древность. Хотя уже на пресс-конференции выставки "Пропаганда и мечты" директор Музея г-жа Антонова подчеркнула, что в его стенах проводились выставки классиков мировой фотографии (здесь показывали Августа Зандера и Александра Родченко), а коллекция насчитывает около 500 первоклассных фотографий выдающихся мастеров советской фотошколы, тем не менее, фотовыставки в стенах Пушкинского – редкость. И наверное, это простое обстоятельство также стало причиной столь пристального интереса к выставке.
Пока в итальянском дворике Музея шло официальное открытие и посол США в России г-н Коллинз, первый заместитель министра культуры России г-жа Дементьева, куратор выставки г-жа Бендэвид-Вэл (США) говорили теплые слова, на экспозицию мечтали просочиться сотни зрителей. Уже по реакции первых посетителей стало ясно, что выставка состоялась: каждый из зрителей хотел иметь свое мнение (желательно отличное от соседа), утвердиться благодаря экспозиции в своей индивидуальности взгляда на историю 1930-х, фотографию вообще и представленную на данной выставке, в частности, иметь свое суждение о концепции и визуальном ряде "Пропаганды".
Действительно, как сказано в пресс-релизе выставки: "30-е годы в истории ХХ столетия - эпоха окончательного формулирования и практического воплощения тех политических, экономических, идеологических, социальных и культурных закономерностей, которые определяли развитие и лицо мира до последних дней истекающего финального века второго тысячелетия. Именно 30-е годы стали тем рубежом, где два государства - Советский Союз и Соединенные Штаты Америки, отношения которых оказывали решающее влияние на судьбы мира на протяжении большей части ХХ века, - заложили основы своего статуса сверхдержав." Но позволим не согласиться с авторами концепции, что состоялось "сопоставление форм отражения в фотографии жизни двух государств под влиянием господствовавших в то время в СССР и США общественных и художественных тенденций". Скорее, выставка – первое приближение к этой теме. Выставка представляет весь спектр направлений развития фотографии в СССР (кстати, заметим, вся фотография, в том числе и любительская, дошедшая до нас без имен фотографов, и широко известная, таких мастеров, как Марков-Гринберг, Шайхет, Шагин, Дебабов, – была под контролем государства) и только одно направление американской фотографии 1930-х – документалистику, сделанную по заказу Администрации президента-реформатора Рузвельта. Для российских зрителей стало откровением видение Америки 1930-х, бедной и страдающей, может быть даже в большей мере, чем Страна Советов, а для иностранцев открытие - патетика и эстетика еще не победившего, но уже господствующего соцреализма в фотографии 1930-х годов в СССР.
Две стороны колоннады лестницы Пушкинского музея стали двумя крыльями экспозиции, советским и американским, на которых балансировала вся большая история о сходстве и несходстве мистических 1930-х в СССР и США. Наверное, не случайно центральной частью выставки стали танцы – кукольно-постановочный танец советских военных с женами в крымском санатории в 1938 – и американских девчонок, непринужденно проходящих перед камерой Рассела Ли в придорожном буфете где-то в Луизиане. Тридцатые, действительно, до сих пор привлекая самое пристальное внимание, несмотря на прошедшие десятилетия, остаются временем непонятым и неразгаданным. Это время – рубеж, разделивший эпоху и поколение людей начала 20 века и тех, кто был воспитан в новых мировых идеологических концепциях 20 века и кто, в результате, защищал их во Второй Мировой войне.
Выставка "Пропаганда и Мечты" куратора Лии Бендэвид-Вэл выстроена из наиболее ярких произведений, не побоимся этого слова, шедевров 1930-х. Может быть, именно высокий художественный уровень всего изобразительного ряда слишком насыщенного присутствием фотографических "хитов" (их на выставке больше половины, а это слишком много для одной экспозиции) превратил выставку в бесконечную протяженность, представляющую самое время. Из истории ХХ века на колоннаде Пушкинского поместились только 1930-е с их незабываемым вкусом сладкой мечты, пропаганды будущего и преодоления настоящего.
