На портрете работы Гарри Бордена (Harry Borden), Арно Роланд сидит за столом на своей кухне. Фотография, сделанная для книги Гарри Бордена «Выживший: портрет переживших Холокост», опубликованная издательством Cassell Illustrated, показывет стены с картинами и Роланда, взглядом встречающего свет, заливающий его дом в Нью-Джерси, где он живёт с 1960-х.
К моменту съёмки ему было 92 года, однако, несмотря на его активное участие м работе местного театра и городского совета, Арно остался неженатым и бездетным на всю жизнь. Он умер через несколько месяцев после создания этой фотографии, 8 Августа 2015.
В 1938 Роланду было 15 лет, а его брату Юлли на год меньше, когда их мать поселилась в гостинице и покончила жизнь самоубийством, приняв большую дозу снотворного (барбитурата). Рапорты берлинской полиции говорят, что в то время так поступали многие еврейские женщины. Во время Kristallnacht (Хрустальная ночь, Ночь разбитых витрин или Novemberpogrome 1938, 9–10 ноября 1938 года), когда по всей Германии нацисты разрушили синагоги, разгромили магазины, принадлежащие евреям, и много людей было убито) их отец находился в деловой поездке в Нидерландах, и ему удалось вывести сыновей в Эйндховен.
В 1940 Германия захватила Голландию, и два следующих года юноши вынуждены были скрываться, чтобы избежать отправки в концлагерь. Однажды, Юлли был арестован на улице и отправлен в Освенцим, старший же брат почти чудом избежал этой участи
«Голландское Сопротивление дало мне убежище, – рассказал он Бордену. – Моими спасителями были двое 70-летних голландцев, семья Хуркманов, которые, благодаря своим социалистическим взглядам, были готовы спасти меня от депортации. За это они впоследствии были казнены».
Борден предложил каждому из выживших написать что-то рядом со своим портретом. Рядом с фотографией Роланда мы видим слова, написанные его рукой. Он вспоминает жизнь, проведённую в Америке без своего брата, погибшего в Освенциме, и благодарит Бордена и исследователя Мириам Хехтман (Miriam Hechtman) за показ «лиц тех, кто пережил нацистский кошмар». В сотрудничестве с Лондонским Еврейским Культурным Центром, книга была опубликована 27 Января в ознаменование Дня Памяти Холокоста.
Записи других портретируемых более кратки. «Я пережил Гитлера», пишет Сэм Гудчайлд (Sam Goodchild), «Это моя месть». Ядзя Опат (Jadzia Opat) пишет: «Я счастлива до сих пор быть здесь». Цесия Альтсток (Cesia Altstock) вспоминает: «Они забрали мою маму и оттолкнули меня стволом винтовки – я знала, что больше не увижу её».
Манек Альтсток пишет: «До сих пор я вспоминаю момент, когда отец велел мне бежать… Я больше не видел его». Майер Брайтберг пишет просто: «Мне нечего сказать».
Борден узнал о своём еврейском происхождении, будучи подростком, и никогда не задумывался всерьёз об этом до сих пор. Его карьера была связана в основном с коммерческой работой и иллюстрациями в СМИ, но никак ни с концептуальным портретом. Он много сотрудничал с The New Yorker, Vogue и Time.
«В возрасте сорока лет, проведя половину жизни за съёмкой знаменитостей, я решил сделать что-то важное, – говорит он. – Я вырос на ферме в Девоне, в Англии. Мой отец, Чарли, был атеистом, сохранившим из иудейского прошлого только страх перед антисемитизмом».
«Когда я был ребёнком, он однажды сказал, что нацисты убили бы нас. Для меня это было шоком. Я ходил в начальную школу при англиканской церкви, пел в церковном хоре и всегда считал себя обычным христианином, таким же, как мама».
«Я думаю, что противоречивое отношение папы к своему происхождению – и беспокоившие его воспоминания о том, что однажды оно каралось смертью – и было тем, что дало мне мотив для создания этой работы».
Видео больше не проигрывается
Ролик удалён у провайдера или недоступен из вашей сети. Страница ролика на YouTube
YouTube
