18 сентября 1996 года в Новокузнецком художественном музее (Кузбасс, Россия) произошло знаменательное событие - в городе впервые открылась персональная выставка фотохудожника Николая Бахарева, непрерывно в течение 25 лет портретировавшего жителей города. Будто бы истекло время изгнания, и автор вернулся к своим моделям уже не в качестве наемного фотографа, послушно исполняющего прихоти заказчика, а художником, обладающим особенным видением людей, среди которых он незаметно жил и творил четверть века, деля вместе с ними надежды и разочарования. Бахарев не столько работал в Новокузнецке, сколько жил в нем, запечатлевая доступным ему способом окружающее общество.

Как фотохудожник Бахарев сформировался практически на пустом месте, не имея для того никакой образовательной базы. Единственной движущей силой, настоятельно требовавшей от него творческого самовыражения, была и есть сугубо внутренняя потребность посильно осознать окружающее.

Николай Бахарев родился в деревне Михайловка в 1946 году. Рано потерял родителей, с 1950 года и до достижения совершеннолетия воспитывался в детском доме, где ни о каком творчестве или художественном образовании не могло быть и речи. После окончания средней школы несколько лет работал слесарем на металлургическом комбинате в Новокузнецке. Ничто в его судьбе не предполагало развитие творческих склонностей, тем не менее внутренняя потребность в творчестве была настолько сильной, что в 1970 году Николай Бахарев оставляет рабочую профессию для того, чтобы заниматься только фотографией, и становится фотографом службы бытовых услуг - на заказ портретирует людей и нехитрые события их повседневной жизни. Сам он утверждает, что к фотографии обратился лишь потому, что не обладал талантами рисовальщика, изначально ему хотелось быть именно художником. Но некоторое время спустя он осознал, что фотокамера - это просто специфический инструмент для воплощения творческих замыслов, что и определило его отношение к фотографии, как к художественному творчеству, а не публицистике. Во времена «раннего Бахарева» (1970-е годы) такое утверждение, по меньшей мере, не было популярным.

Очень значительное время творчество Бахарева заключалось в выявлении и фиксировании психологического состояния модели, что означало построение изображения в соответствии с критериями выразительности и красоты в понимании самого Бахарева. Многие годы ушли на воспроизведение рекламных штампов и исследование пристрастий и представлений о красивом и допустимом жителей города Новокузнецка. Бахарев предлагал своим фотомоделям игру в откровенность на грани господствующей общественной морали, когда шаг вправо означает салонную пошловатость, а шаг влево грозит превратить интимную откровенность в порнографию. Инстинктивно ощущая тонкие отличия, превращающие изображение в произведение искусства, Бахарев без посторонней помощи стал художником в полном смысле термина.

Следующий этап осмысления собственного материала привел к осознанию Бахаревым социальной значимости своих фотографий, снятых совершенно по другому поводу. Критическая масса материала - десятки тысяч негативов, происходящих из одного города, последовательно фиксировавших его жителей - позволила увидеть своеобразный обобщенный портрет городского сообщества, его психологическое состояние, изменение среды и идеологии на фоне неизменного уровня общественной культуры.

Принципиальным моментом творческого метода Бахарева является непременное отношение к модели как к заказчику, хотя давно уже, если не с самого начала, в этом противопоставлении «заказчик-мастер» скрывалась определенная доля хитрости, и ведущая роль всегда доставалась автору. Фотомодели с готовностью подчинялись его требованиям, сбрасывая шелуху одежд и рядясь в придумываемые Бахаревым драпировки, играя в сложной пьесе одного актера, в финале которой зритель и актер взаимно удовлетворены причастностью к общему художественному результату.

Бахарев проявляет неподдельный интерес к своим моделям, к их представлениям о красоте, к их жажде постороннего внимания, к чувствам и потребностям, задавленным господствующими в обществе правилами поведения. Бахарев, как ни банально звучит, любит своих «клиентов». Они интересны автору как отдельные личности, а не с точки зрения выразительности их экстерьера. И модели ему по-своему признательны.

Своей выставкой в Новокузнецке Бахарев впервые публично обратился ко всем своим моделям одновременно, познакомив их друг с другом, позволив посмотреть на себя в окружении других - знакомых и незнакомых - людей, почувствовать свое собственное место в городском сообществе. В любом другом месте, несмотря на понимание и доброжелательность зрителей, выставка не будет иметь особого оттенка интимности, присущего именно этой, первой и пока единственной, персональной выставке Николая Бахарева в городе, где он живет и творит. Эта выставка уникальна и вряд ли может быть с достаточной точностью воспроизведена в другом месте или в другое время.

Похоже, время внутреннего затворничества для Бахарева закончилось. Он пришел к своим зрителям, показывая исключительно сильный материал, организованный в соответствии с продуманной концепцией, представ не просто летописцем времени и места, но тонко чувствующим мыслителем и знатоком несовершенной человеческой души - прекрасной в своем несовершенстве.