Дорогие друзья, партнеры и коллеги!
Музей Истории Фотографии
приглашает Вас 21 сентября 2012 в пятницу в 18.00
на открытие персональной выставки
фотографа Альберта Цехановича (Минск)
ПРЕОБРАЖЕНИЕ
(21.09.12 — 06.11.12)
Из интервью с Альбертом Цехановичем:
Дмитрий Шнеерсон: Превращение ни в чем не повинного человека в фотографа как правило похоже на любовную историю: случайное знакомство, необъяснимая страсть и закономерный финал. А как это случилось с Вами?
Альберт Цеханович: Весной 1985 году, я тогда учился на филфаке Белорусского Госуниверситета, приятель предложил подработку — руководить детской фотостудией. Я честно признался, что умею только заряжать пленку, проявлять и печатать. Этого оказалось достаточно. Начинать нужно было осенью, и мне показалось разумным пополнить свои скудные знания. Так я попал в учебную студию при фотоклубе «Нива» к Аркадию Бирилко. И в общем, влип…
ДШ: А разве в доме не было какой-нибудь заветной железки? Какого-нибудь фэда/зенита от дедушки с войны?
АЦ: «Зенит» тоже был, но начинал я со «Смены 8». Где-то в 1974 или 1975 я выиграл республиканские соревнования среди юношей по классической борьбе и в дополнение к медали и диплому получил приз — фотоаппарат «Смена-8».
ДШ: «Так судьба стучится в дверь!» Или, как в Вашем случае, борьба… И Вы сразу же начали снимать?
АЦ: Практически. Поскольку по окончании школы я попал в НИИ, в биохимическую лабораторию, где фотографировали все. В число моих обязанностей, входила и подготовка слайдов для научных конференций, пересъемка, проявка, составление растворов проявляющих, фиксирующих, тонирующих…
ДШ: Ну, тогда о заветном: чем Вы снимаете сейчас? Helga и прочие «картонные дурилки», как я понимаю, Вас не увлекают?
АЦ: Нет, это не мое. Последнее время я работаю среднеформатными камерами «Arax» (6×6, усовершенствованный вариант «Киева 88») с моноклем, который мне сделал московский фотограф Дмитрий Ершов, и «Mamiya» 6×9, а также узкопленочными «Pentax K2» и «Olimpus OM 1».
ДШ: Практически любой творческий путь ведет от самоутверждения к исповеди. На каком этапе Вы сейчас находитесь?
АЦ: Ну, об этом пусть судит зритель. Хотя вектор мне нравится.
ДШ: Ваша избранница, пикториальная фотография — один из мощнейших инструментов Преображения Мира. Но сразу же вспоминается Стиглиц с его фанатичной борьбой за качество изображения… А что, без этого никак?
АЦ: Здесь ключевое слово — оригинал, а ведь известно, что чем тоньше выполнен снимок, тем меньше от него остается при копировании, и это проблема перевода… Хороший печатник знает, что оригинал всегда один, и что помимо мастерства есть еще и то, что музыканты называют «волшебной ошибкой». В прошлом году мне посчастливилось увидеть оригиналы Элио Чиола, и я подумал, — вот на чем нужно было учиться 25 лет назад.
ДШ: Есть такая тема в постмодернизме: фотограф без фотографий. Зачем, мол, на кнопку давить, когда карточку ты уже увидел… С Вами такое бывает?
АЦ: И да, и нет. Иногда видишь кадр, и понимаешь, что его ты снять не можешь, как в пословице «Видит око, да зуб неймёт». А еще есть пословица «Аппетит приходит во время еды». Иногда вначале ничего не видишь, но стоит посмотреть в видоискатель, и что-то начинает происходить, и ты уже что-то снимаешь… Я никогда не представляю себе «карточку»,снимаю почти вслепую, для меня съемка это прежде всего включенность, некий встречный импульс, входящий во взаимодействие с окружающим миром.
