В рамках «Мода и стиль в фотографии 2011»
Лера Манохина – фотограф дебютной линии галереи МЕГЛИНСКАЯ. Выпускница London School of printing (теперь London School of Communication) живет между Москвой и Лондоном.
Галерея МЕГЛИНСКАЯ впервые для широкой публики представит серию «Road Movie», снятую автором за 10 лет, с 1997 по 2007, во время путешествий. Изящество, с которым Лера передает в своих фотографиях созвучность форм машины и женского тела, отсылает нас к эстетике классических американских черно-белых «road movie» с бесконечно сменяющимися декорациями и сложному ритму черного джаза. К атмосфере, в которой за обыденностью сюжетов и легкостью импровизаций, скрывается мощное эротическое напряжение В экспозицию войдут порядка 27 работ из этой серии, выполненных и в редкой для Москвы технике ручной печати большого формата и в современной технике Diasec.
«Когда Анри Картье-Брессон говорит, что он любитель, в этом не было никакого кокетства. Он снимал то, что хотел, ощущая себя свободным человеком. Даже в Советском Союзе.
Я не Анри, но тоже ощущаю себя любителем. Я не выполнял редакционных заданий, не зарабатывал фотографией на жизнь, у меня не было специального образования и высокого постижения Ремесла. Негативы и первые отпечатки были самодельными и несовершенными технически. Дальше тоже не лучше.
Лера Манохина тоже любитель. В том, что она любит (иногда!) взять свою „лейку“ (как Картье-Брессон) и обязательно на пленку, не спеша перенести некое её собственное представление о фрагменте (большей частью) картины мира, не очень заботясь о последующей судьбе фотографии.
— Хорошая карточка, Лера!
— Да, ну, Вас. Правда?
Ну да, правда. К тому же в отличие от нас, изучавших фотографию даже не по книгам, а по слухам и советам старших товарищей, тоже никак особо не образованных, Лера училась искусству владеть камерой в Лондоне. Ей Богу, это видно: изысканная линия таит гармоническую загадку, безвестные нам лица обнажают на фотографии значимость, которой, вполне возможно, лишены в жизни, деталь в кадре важнее целого, потому, что кроме видимого образа, намекает еще и судьбу образа. (Завернул! Однако, продолжим.) Эта судьба занимает нашего фотографа, но она, разумеется, не имеет, ни начала, ни продолжения. Она возникает и прерывается в момент нажатия кнопки затвора.
Потом фотограф увидит на проявленной пленке картину убийства Момента, и напечатает не для того, даже, чтобы поделиться с нами его красотой или убожеством, а чтобы почтить его память.
Собственно любая приличная фотография имеет такие свойства, но не все мемориалы времени достойны внимания тех, кто не участвовал в прожитом навсегда моменте. Твои, Лера, достойны. И еще одно свойство твоих изображений: чтобы почувствовать, что стиль есть, достаточно двадцати семи фотографий.
Как раз столько у тебя на выставке? Какое совпадение!»
Юрий РОСТ
