Андрей весьма последовательно шел этим путем и его работы, изысканные по форме, как нельзя лучше характеризуют это направление. В них нет истерических воплей «чернухи», а лишь созерцание и стремление поделиться с другими тем прекрасным, что заложено природой.
Это направление можно было бы определить словом, использованным известным певцом и композитором Стиви Уандером (Stivie Wander) в качестве названия одного из своих произведений, «внутривидение» (Innervisions). Мир реального, лишенного привычных и естественных связей. Вещь (предмет) приобретает иную визуальную функцию, лишившись своей символистической значимости. Важное значение в этой отстраненности (нарушении связей) приобретает линия горизонта, зримо или незримо присутствующая во взаимоотношении с передним планом. В обычной жизни человек редко обращает внимание на горизонт, чаще он смотрит под ноги или на остановку автобуса (трамвая, троллейбуса) или на особей противоположного пола, хотя подсознательно горизонт всегда присутствует и действует на него. Наиболее естественный вариант общения с горизонтом происходит в автомобиле, когда происходит непрерывное стремление в сторону бесконечности, а роль переднего плана выполняет сам автомобиль. Тот же эффект используется в компьютерных играх, так называемых «леталках».
Именно это, в общем, не характерное для русской природы ощущение бесконечности, и привлекает в произведениях Андрея. Характерно, что в русском языке широко используются слова «даль», «бескрайний», говорящие исключительно о физическом понятии расстояния, но не «бесконечность», подразумевающая, скорее, внутреннее состояние. В произведениях искусства 20-го века ощущение бесконечности создавалось в живописи Де Кирико, Магриттом, Дали, Моранди; в фотографии Э.Вестоном, Судеком, Сюдром, Снеффом. Интересно, что Де Кирико часто использует тень как усиливающую составляющую бесконечности, что характерно для средиземноморского пейзажа. В работах Андрея тень как таковая практически не присутствует, что создает некую монументальность и сбивает перспективные соотношения. Изображение привлекает соотношением масс белого, серого и черного, линиями, неуловимым стремлением к прекрасному идеалу.
В странноватых направлениях современной российской фотографии творчество Андрея Абрамова подкупает неангажированностью и свободой. Хотелось бы, чтобы созданное им к началу нового века явилось отправной точкой для дальнейшего движения, хотя речь и идет о неподвижной по своей сути фотографии. Во все времена людям хотелось остановить проходящее мимо. Фотографии это удалось. Андрею удалось остановить остановленное.
26.08.2003
Александр Слюсарев