В России «Апофеоз войны», данный Верещагиным иконическим образом пирамиды черепов в пустыне, стал понятием нарицательным. Этот апофеоз воплощает ужас итогов человекоубийства, тотальный масштаб его жертв. Но последние сто лет символический и отвлеченный образ того апофеоза уже не властвует над умами зрителей, чей мир сформирован масс-медиа. Конкретика фактов, лиц, дат и географических названий делает войну ужасающей и отталкивающей; конкретика фотографии замещает в общественном сознании место обличительных иносказательных картин XIX начала ХХ века. Конкретика фотографии трансформируется в символическое актуальное высказывание, где конкретное существующее в реальности лицо замещает в сознании зрителя безликие понятия «ужас», «война», «голод». В сознании нашей эпохи феномен фотографии выходит из тени документа и становится частью высокой культуры, воспитывающей и взыскующей.
Банальности о не-женском лице войны поют на все лады. Страшные и точные свидетельства войны были даны людьми разных возрастов и национальностей, и были они женщинами или мужчинами, для сообщенного факта не было важным. Но страшнее было и остается, когда вестником правды о войне становится женщина. Потому что, будучи профессионалом, точным, как военный в своем деле, она не может не смотреть в сторону детей и женщин, стариков, тех, чью участь ей было бы суждено разделить, если бы она не родилась в другой стране, не получила бы в жизни другой профессии, и сама по собственной воле не приехала бы на войну.
Виктория Ивлева фотожурналист. Хроникер горячих точек планеты. Она снимала Грузию и Армению в дни беды; Карабах и Приднестровье; гражданскую войну в Таджикистане и Афганистан; она снимала Африку, которая с середины ХХ века продолжает тлеть кострами «местных» конфликтов, уносящих с собою сотни тысяч человеческих жизней. Маленькие дети с тельцем стариков и взрослые маленькие, как дети; узкие ладони и набалдашники коленей; слезящиеся глаза и лягушачья кожа старости у молодых людей это последствия «локальной войны», ее голода. Кто знает точно, сколько людей живет в военных пожарах пустынь и тропических лесов, где химическое оружие отравило воду, а минами усеяны сельские поля? … Эти места принесли славу не одному поколению журналистов и фотографов, среди которых Себастио Сальгадо и Джеймс Нахтвей. Но не будь тех, кто с камерой прошел дорогами войны, сухие цифры отчетов Международных гуманитарных и благотворительных организаций, таких, как Международный Комитет Красного Креста, не достучались бы до общества. Те из фотографов, кто приносит с войны по-настоящему «плохие вести» живые фотографии, живет на войне долго, превращаясь в «Человека войны», продолжая смотреть на ее ужасы глазами человека сострадающего и гуманного.
Виктория Ивлева, родилась в Ленинграде. Закончила факультет журналистики МГУ в 1983 году. Фоторепортер, пишущий журналист. Печаталась в газетах «Комсомольская правда», «Собеседник», «Московские новости», в журнале «Огонек». В настоящее время фотообозреватель «Новой газеты». Фотографии были опубликованы в таких изданиях, как New York Times Magazine, Stern, Spiegel, Express, Sunday Times, Independent, Die Zeit, Focus, Marie-Claire и др. В 1988 году в Париже вышел альбом фотографа «Temps present de la Russie»; в 1989 альбом был опубликован в США. В 1991 году фоторепортаж Виктории Ивлевой, сделанный в помещениях IV реактора Чернобыльской АЭС, получил приз «Золотой Глаз» крупнейшего конкурса в области фотожурналистики WorldPressPhoto. Почетный гость фестиваля фотографии в Перпиньяне, Франция 1992 года
Экспозиция включает фотографии 1992-2005 годов