Энди Уорхол: фотограф обыденности и повседневности

Лондонская галерея Timothy Taylor показала фотодневник художника

Отец поп-арта Энди Уорхол хорошо знаком русскому зрителю по большим выставкам, прошедшим в Москве за последние несколько лет. Среди них «Энди Уорхол. Жизнь и творчество» (2001 г., ГМИИ им. Пушкина) и последовавшая за этим «Энди Уорхол: художник современной жизни» (2005 г. ГТГ). Но мало кто видел его фотографии, которые были неотъемлемой частью его каждодневной жизни, всегда сопровождали его творческие поиски и нередко становились основой его цветных серийных принтов и живописных работ.

В последние 10 лет своей жизни Уорхол практически не расставался с фотоаппаратом. Он брал его с собой, куда бы он ни шел: на прогулку по Манхэттену, на званый ужин или в путешествие в Лондон или Париж. Он снимал все, что попадалось на его пути — витрины магазинов, фрагменты гостиниц, в которых он останавливался, стулья в кафе, уличные сцены, раскладки приборов на столе, как будто запечатлевая все эти обычные и привычные глазу предметы на бесконечную пленку своего фотодневника. Глядя на эти фотографии, начинаешь лучше чувствовать впечатления, которые вдохновляли его на создание ярких серийных работ, начинаешь проникаться замыслом автора.

Большая серия его работ (около 200 черно-белых фотографий 20в25 см, сделанных с 1976 по 1987 год) была показана в крупной лондонской галерее Timothy Taylor Gallery под общим названием «Энди Уорхол: портреты и пейзажи». Выставку подготовил независимый куратор из Нью-Йорка Стивен Блютал, который также был редактором монографии Уорхола «Giant» size«. Многие из этих работ ранее не демонстрировались, и это прекрасная возможность не только проследить истоки искусства Уорхола, но и открыть его для себя как фотографа.

Фотографии Уорхола благодаря своей документальности и динамике хочется назвать моментальными снимками, ведь многие из них действительно сделаны на ходу и за мгновение, которое требуется, чтобы взвести затвор, заглянуть в видоискатель и нажать на спуск. В эти мгновения автор успевал уловить детали и настроения окружающей его действительности. Несмотря на кажущуюся непритязательность его стиля, он довольно целенаправленно выбирал объекты для съемок — их все объединяет интерес автора к обыкновенным вещам и людям, а также к внутренним повторениям внутри кадров нескольких одинаковых предметов (принцип его серийных картин). К примеру, его фотография «Серийные объекты» в точности отражает эстетику серийности.

Интересно, что видение мира через репродуцирование и повторение изначально более связано именно с фотографической техникой, нежели с живописью. Внутри себя фотография заключает возможность неограниченного воспроизведения копий, и их вариации в зависимости от техник печати. Несомненно, Уорхол, сознательно использовал это, в том числе и во время работы с техникой шелкографической печати, в этом отношении очень похожей на фотографию.

Но помимо того, что нам открывается внутренняя работа художника, его практика повседневного наблюдения, мы также видим уникальный взгляд фотографа-документалиста на мир конца 70-х начала 80-х годов, который представляет собой интимное видение событий этого времени, пропущенное через призму собственного восприятия образов масс-медиа.

При взгляде на эти работы создается ощущение, будто смотришь альбом, не предназначенный для публичного просмотра, и это ощущение не покидает тебя до самого конца, чего не скажешь о его принтах и живописных работах. При этом эти фотоснимки не являются эскизами к его работам, — они абсолютно самоценны, и обладают характером завершенного произведения. Эта двойственность взгляда дополняется глубоко поэтическим чувствованием тех самых объектов на фотографиях, рядов бутылок, стульев, собачек, автомобилей, кофейных чашечек, окон, которые ритмикой своего присутствия формируют пейзаж реальности, всего лишь один из множества возможных, который, тем не менее, внес значительные коррективы в наше видение и восприятие современного мира и искусства.

Выставка «Энди Уорхол: портреты и пейзажи» проходила в Лондоне, галерея Timothy Taylor Gallery (www.timothytaylorgallery.com) с 18 января до 1 марта 2008 года.

Метки , , , ,

Обсуждение 23

  1. Владимир Дудченко #

    он еще на полароид много снимал… очень по-уорхоловски — уникальный отпечаток неуникального изображения.

  2. Джонлоу #

    а мне вот интересно, что скажут по поводу этих снимков любители Эгглстона.

      1. Джонлоу #

        Вот хорошо бы более развернуто. Про чтО Эгглстон, а про что — Уорхол. А то гадать приходится.

        У Эгглстона, при всей его стилизации под наивную фотографию, время от времени что-то такое интересное возникает из взамодействия предметов, композиции, сочетания цветов, ну а Уорхол такое искувство не приемлет, как дешевое и ненастоящее, поэтому тупо снимает столовый прибор. Получается, что Уорхол — шаг вперед по сравнению с Эгглстоном, т.к. в его картинках присутствие художника изжито в еще большей степени (если вообще не в предельно возможной). Поэтому мне было интересно, как любители Эгглстона относятся к Уорхолу, он для них уже за гранью дозволенного, или еще нет -)
        К сожалению, ответы фэнов Эгглстона лаконичны, совсем как фотографии их кумира. В том, что Эгглстон интереснее, а Уорхол тупо-(наивно?)-академичнее — никаких сомнений нет. Разумеется, я не люблю ни того, ни другого, по большей части оба снимают для какого-то странного каталога "Предметы в США".

        1. Саша Курлович #

          Интересно определение направления шага 🙂 По мне таг скарее вбок 😉

          1. Джонлоу #

            Вот оно как. А я думал Уорхол это типа Велвет Андеграунд -) А Эгглстон тогда типа Can, но круче.
            И вообще, ты до сих пор не определился, ты все-таки против битлз или против роллинг стоунз? Я так и не понял из твоего жужжЕ.

            1. Вадим Раскладушкин #

              Вэлвет это Фридлендер, а Кэн — Эванс.
              Эгглстон — это americana, тот самый ксп, который ты и не любишь.

              я за Nautilus Pompilius 🙂

        2. Владимир Дудченко #

          ну если кратко, то эгглстоун не предметы исследует. про это шарковски давно написал, я лучше, чем он, вряд ли скажу. лично для меня эгглстоун — исследователь пространства между предметами, пустоты. и он совершенно не ищет "точку максимальной банальности".
          уорхол же — ищет. его идея с кемпбелловским супом — революционна именно поэтому. если суп агрессивно присутствует в реальности — его присутствие нельзя замалчивать.

          1. Вадим Раскладушкин #

            идеи Уорхола революционны потому что он взглянул на консервную банку иначе, а не из-за банальности объекта

  3. дмитрий пешков #

    Боже! Как великолепно снят пинджак.Не оторваться…

Чтобы ответить, войдите на Photographer.ru.