
Один из главных музеев Дюссельдорфа «К20» накануне закрытия на реставрацию устроил первую в Германии выставку Идриса Кана, 30-летнего выпускника университета Дерби и Королевской академии искусств в Лондоне (2003 г.), восходящей звезды британского искусства, почти неизвестного в Германии и в России.
Выставка называется «каждый» и включает 13 фотографий и 2 видеофильма. Впрочем, хотя работы Кана и называются фотографиями, его рабочий инструмент не фотоаппарат, а сканер. Он считает, что оба процесса (фотографирование и сканирование) похожи, поскольку речь идёт о воздействии света на поверхность, о поглощении и отражении световых волн. Его очень увлекает «электронное ощупывание поверхности», потому что воспроизводится не только главный объект, но и вся среда – шероховатости бумаги, пылинки и помарки.
«Я присваиваю себе то, что меня потрясло» – объясняет Кан мотивы выбора исходного материала. «Присвоенные» им произведения – это живописные полотна, философские книги, музыкальные партитуры. Его увлекает не только произведение как таковое, но и способ его хранения. Он создает собственную грандиозную каталогизацию: собирает и наслаивает друг на друга все страницы партитуры «Парцифаля» Вагнера, все полотна позднего Караваджо, все страницы книги «Жуткое» Зигмунда Фрейда.

Кан иронично говорит, что при его огромной любви к искусству у него самого нет таланта ни к живописи, ни к музыке, ни к писательству. «Да и чтение меня разочаровывает… Как, наверное, многим, мне приходится по нескольку раз перечитывать одну страницу, и мне очень нравится этот процесс». Споры об авторских правах Кан оставляет без внимания, оригинал для него – объект преклонения и овладения, анализа и комментария. Формально процесс создания вещи всегда одинаковый: Кан сканирует источники при максимальном разрешении, затем тщательно обрабатывает изображение (в программах Final Cut Pro и Photoshop), последовательно накладывает одно на другое и вновь обрабатывает. Конечное изображение печатает на алюминии (digital C-print on aluminium).
Однако подход к произведению у Кана всякий раз иной. И соответственно, его произведение каждый раз отрывается по-новому. К примеру, триптих на тему индустриальных фотографий Бернда и Хиллы Бехер. Фотографии «каждого» сферического газового резервуара, наложенные друг на друга, теряют изначальную простоту и жесткую формальность, становясь почти своей противоположностью – призрачными и размытыми видениями. («каждый… Газгольдер сферического типа Бернда и Хиллы Бехер», 2004, триптих, каждая панель 280×160) Хотя художник вырос в мусульманской семье (в Бирмингеме), его внимание привлекает исключительно западно-европейское искусство. Исламской традии посвящена лишь одна работа «каждая… Страница Святого Корана» (2004; 136 × 170 см). Идею отсканировать семейный Коран подал ему отец. Сканирование намоминало художнику о религиозном предписании – каждый правоверный мусульманин должен ежедневно вдумчиво читать один разворот Корана.
Забавный случай связан с работой «каждая… Открытка Уильяма Тернера из Галереи Тейт» (2004; 101,6×127). Выставка этого художника в Лондоне пользовалась огромной популярностью. Отстояв большую очередь, Кан всё-таки не попал внутрь, зато купил в магазине при музее все открытки Тернера (их оказалось 60 штук), чтобы отсканировать их дома и иметь возможность показывать «всего» Тернера в своей интерпретации.
Кураторы выставки видят в его работах «идею палимпсеста как метафору погружения, растворения, забвения». В то же время его огромные, до 2,5 м высотой работы кажутся голограммами – трудно поверить, что они двухмерны, хочется заглянуть внутрь. Это спрессованное культурное наследие, сконцентрированное до нечитаемости. Не только каждая страница-картина-фотография, но и никакая.
