7 декабря 2020 года в Западном крыле Новой Третьяковки состоялось виртуальное открытие первой выставки амбициозного проекта «БОЛЬШАЯ ФОТОПРЕМЬЕРА», посвященной 90-летнему юбилею Чукотки, — «Чукотка. Эпическая сага. Вступление». В виде 3D VR-туров более 40 работ двух фотографов — Олега Зотова и Иды Ручиной — представят авторский взгляд на жизнь и традиции коренных народов Крайнего Севера. Photographer. ru поговорил с руководителем проекта, продюсером и издателем Николаем Канавиным о стратегии будущих «фотопремьер», современности российской фотографии и чукотской идиллии, призванной вдохновлять и довольствоваться простым.
– В пресс-релизе задачи проекта «БОЛЬШАЯ ФОТОПРЕМЬЕРА» описываются как «развитие и формирование современной фотографической культуры России». О какой именно фотокультуре идет речь и почему ее все еще нужно формировать?
– Наша фотокультура не сформирована хотя бы потому, что у нас нет института социальных творческих лифтов. Совершенно очевидно, в России много талантливых людей, но они не имеют, как во многих странах, системной институциональной поддержки. Например, молодые авторы лишены возможности получать гранты на работу над творческими проектами. То есть системы грантов от серьезных музейных или галерейных институций отсутствуют.
В стране практически нет фотографических галерей — их число ничтожно мало. А ведь это одна из важных институций поддержки художников и фотографов. Почти нет учреждений, которые бы давали современное образование будущим художникам, использующим фотографические медиа для создания произведений и способным претендовать на статус больших имен в искусстве. Пока есть лишь некое специальное образование, готовящее фотографов-ремесленников. Также отсутствует институт продюсирования современных фотографических художественных проектов как таковой. Творчески одаренному человеку некуда пойти! Конкурсы, куда можно подавать проекты-истории, есть, но они, как правило, носят не очень системный характер, и наиболее популярные из них связаны с природой и животными. Реализовать себя и получить известность могут, в основном, фотографы-анималисты и пейзажисты.
– Но ведь первая выставка «БОЛЬШОЙ ФОТОПРЕМЬЕРЫ» как раз и посвящена таким жанрам… народам и природе Чукотки.
– Совершенно верно! «БОЛЬШАЯ ФОТОПРЕМЬЕРА» — это попытка познакомить широкого зрителя с неизвестными именами современной российской фотографии, выйти за рамки формата социальных сетей — практически единственного места, где сегодня творческие люди могут получить некую (очень ограниченную, но все же) известность. Именно Интернет выявляет яркие имена и помогает понять, может ли человек хорошо сделать отдельно взятую фотографию. Однако оценить снимки онлайн невозможно, ведь искусство является предметным, объектным, а на экране планшета, монитора или любого электронного девайса мы не можем полностью впечатлиться замыслом художника.
Исполнение определяет окончательное впечатление от работы. В искусстве фотографии существуют такие параметры как авторский размер и техника исполнения, они являются продолжением художественного замысла, и оценивать нужно не отдельно взятую картину, а проект, историю, которую автор создает и аргументирует текстом, призванным раскрыть всю глубину задуманного. Фотография должна быть создана материально, должен случиться физический контакт зрителя и произведения, а случаться этому контакту сейчас негде… Организовать такие встречи зрителей и современно мыслящих авторов и их проектов — сложная задача. И кому-то ее нужно решать.
Одна из главных проблем современной российской фотографии — ее несовременность. Мы продолжаем жить достижениями старых мастеров, то есть, по сути дела, остаемся в парадигме однокадровой пленочной фотографии, когда весь мир уже четверть века занимается созданием новых фотографических миров и осваивает новые фотографические языки… У нас это не происходит отчасти потому, что эксперименты не поощряются. Не происходит переноса нового опыта достижений, в том числе технологических, в создание фотографических произведений.
– Связано ли это с тем, что российская культура сейчас очень ориентирована на прошлое, в любом публичном дискурсе звучит отсылка к традициям?
– Наше стремление к традиции — хорошее оправдание, но на самом деле, конечно, нужно и хранить традиции, и двигаться вперед. Я считаю, нужно соблюдать разумный баланс.
Еще одна особенность фотографической культуры России — практически полное отсутствие общепризнанных звезд. Если на Западе есть мэтры фотографии и культовые имена — например, Андреас Гурски, Сара Мун, Энни Лейбовиц, Хельмут Ньютон и другие, у нас, к сожалению, кроме, может быть, Александра Родченко, на слуху — никого. Конечно, есть часть просвещенной публики, которые знают российских фотографов: Игоря Мухина, Сергея Максимишна, Георгия Пинхассова, — но даже эти имена широко неизвестны. Чтобы их знать, нужно быть человеком достаточно заинтересованным именно в медиуме фотографии.
По-другому дело обстоит в тех странах, где фотография уже заняла достойное место в культурном пространстве и где фотографическая арт-сцена уже сформирована.
А в России, даже у названных авторов, почти нет ретроспективных выставок музейного уровня. И это не очень хороший показатель актуального положения дел. Если даже признанные мэтры испытывают сложности…
– Почему же тогда «БОЛЬШАЯ ФОТОПРЕМЬЕРА» начинает не с мэтров?
– «БОЛЬШАЯ ФОТОПРЕМЬЕРА» — это открытие новых имен, но у нас в планах и работа над выставками, популяризирующими творчество тех, кого мы знаем. Эта часть проекта будет называться «БОЛЬШАЯ РЕТРОСПЕКТИВА». Нам кажется важным постепенно решать обе задачи: и открывать новые имена, и доводить до широкой аудитории творческий путь и служение людей, признанных в фотосфере.
– А по каким критериям отбирались авторы для «ФОТОПРЕМЬЕРЫ» и почему все же Чукотка? «Чукотка. Эпическая сага. Вступление» в такой формулировке, согласитесь, задает высокую планку — почти голливудских ожиданий.
– Конечно, в этом всем еще есть… большой аванс! Дело в том, что именно этот проект сначала не планировался к показу в рамках «ФОТОПРЕМЬЕРЫ». Мы действительно его готовили с другими авторами: Саматом и Ольгой Мичи. Самат — апологет классической фотографии — должен был представить картины из серии «Симфонии света», сделанные с помощью прямой печати технологией цибохром, а молодая художница Ольга Мичи, будучи дерзким экспериментатором, наоборот, собиралась продемонстрировать цифровое искусство: мультимедийный проект «Лицо божества». Получалось противопоставление традиционной, классической, манеры фотографии (Самат по-прежнему снимает деревянной карданной камерой) и дигитального искусства. Своеобразная интрига. Столкновение традиции и современности. Но эти проекты в актуальных условиях тотального локдауна оказалось невозможно показывать в виртуальном пространстве — их нужно видеть непременно своими глазами. Ввиду ковидных ограничений музеи закрылись, поэтому выставку пришлось перенести на полгода. А одновременно с этим, к 90-летию Чукотки независимо готовилась выставка Иды Ручиной и Олега Зотова. И, так как было потрачено много креативных усилий для того, чтобы «БОЛЬШАЯ ФОТОПРЕМЬЕРА» случилась в декабре, мы решили выпустить в качестве первого проекта именно «Эпическую сагу». Специфика визуального языка этих авторов позволяет демонстрировать их работы в виртуальном пространстве без риска потери замысла. Плюс мы рассчитываем и на чукотскую публику, которая, понятно, до Москвы бы не добралась! Сложившаяся ситуация — знак судьбы.
Кстати, один из тезисов Чукотки связан с тем, что ее считают точкой отсчета каждого нового дня в нашей стране. Здесь присутствует и символизм старта «БОЛЬШОЙ ФОТОПРЕМЬЕРЫ» именно с Чукотки.
– То есть актуальным дебютантам «Фотопремьеры» просто… повезло?
– Да, не так часто нашим фотографам везет, судьба им улыбается не каждый день… Как говорил один мой университетский преподаватель: «Спешите творить добро!» Иногда нужно мотивировать творческих людей, давать им опору в виде веры в них, поэтому я надеюсь, что и замечательный фотограф Олег Зотов, известный, в первую очередь, как невероятно востребованная звезда глянцевых журналов, и хранительница северной культуры Ида Ручина, давно работающая с темой коренных народов Крайнего Севера, этот аванс заслужили.
Творческий тандем авторов и их совместные путешествия на Чукотку отразились в трехчастной серии, саге о крае, о котором, кстати, рассказывать непросто. Это и бескрайние территории, и коренные народы, и люди, которые там трудятся в невероятно суровых условиях. Сама их повседневность — уже часть эпоса!
– Но не получилось ли, что образ все-таки… очень романтизированный и далекий от реальности?
– В своей единственной статье про фотографию Александр Родченко писал, что фотография должна либо бичевать общественные недостатки, либо возвышать человека над своей природой. «Чукотка. Эпическая сага. Вступление», конечно, попытка романтизации и территории, и тех людей, которые веками там живут в гармонии с природой, не нарушая естественных балансов…
– Даже, наверное, выживают, а не живут…
– Знаете, по словам авторов, как раз живут! Выживают скорее люди в больших мегаполисах, постоянно пребывая в состоянии тревоги. Для обитателей Крайнего Севера проблемы горожан вовсе не являются проблемами. Там другая история, другое отношение к жизни, к пространству и к необходимому. Люди умеют довольствоваться самыми простыми вещами и по-настоящему радоваться. В этом смысле жители Чукотки, на мой взгляд, могут являться для современного человека учителями, демонстрируя, как можно спокойно и по-философски смотреть на жизнь, радоваться каждому дню и чувствовать себя счастливыми. В этом как раз одна из идей чукотской саги. Удивительный парадокс!
То, что мы видим некий идеальный мир, выстроенный художественными средствами, отражает одно из устремлений, которое, на мой взгляд, мы сейчас теряем. У нас, и у широкой публики в том числе, гораздо больше вызывает интерес негатив и тема катастрофы… возможно, наше сознание просто калибрует их таким образом, что все то, что с нами происходит, нам казалось не таким значительным — по сравнению с очень трагическими сценами человеческого бытия, которые мы видим с экранов телевизоров и проектов победителей «World Press Photo».
Поэтому я ничего плохого не вижу в том, что мы имеем возможность прикоснуться к красоте природы и людей, не жалующихся на судьбу.
– С 2010 года вы участвовали в подготовке 1-й Антарктической Биеннале, придуманной Александром Пономаревым. Так что, насколько я понимаю, крайние широты вам также близки лично?
– Да, в организации художественного освоения крайних территорий, инициированного моим другом и соратником, я принимал участие с 2010 по 2017. Идея Биеннале заключается в том, что современные художники очень сильно зависят от контекста: от среды своего «произрастания», социального давления, которое на них постоянно оказывается, власти денег, силы и авторитета институции, с которыми они имеют дело. Поэтому мы решили, что было бы интересно провести эксперимент и отправиться на край земли, где абсолютно отсутствует культурное измерение и какое-либо разделение на национальные границы. Отправиться, как говорил наш комиссар, «за метафорой», чтобы продышаться соленым воздухом и почувствовать абсолютно отчужденность от большой земли и всей той суеты, которая часто наполняет нас и влияет (в том числе) на художественную мысль. Освободить мысль от огромного количества внешних контекстов.
– … и вернуться к себе…
– Да, это как раз разговор об обратном плавании Платона. Путешествие к самому себе, о чем в поездке также много говорил и философ Александр Секацкий, переоценка нашего отношения ко всему. Все то, что кажется важным, когда ты находишься в контексте, теряет абсолютно любое значение тогда, когда ты приближаешься к пределу цивилизации, к фронтиру. Чукотка, как и Антарктида, это в каком-то смысле край земли. Абсолютный предел. Гигантская территория с минимальной плотностью населения и невероятными масштабами — все, что мы измеряем в метрах и километрах, там измеряется в сотнях километров и сутками пути. Подобные путешествия — художественное «переоткрытие» территории, и происходящие сегодня события во многом требуют от нас переосмыслений и переоткрытий на разных уровнях.
Продюсер и издатель Николай Канавин — президент Общественного Продюсерского центра, член Правления «Российского фонда мира», основатель Центра развития фотографии и искусства «ПроЛаб», руководитель проекта БОЛЬШАЯ ФОТОПРЕМЬЕРА. ПроЛаб организует работу PROLAB GALLERY, располагает выставочной, полиграфической и производственной базой, а сам Николай Канавин с партнерами реализует фотопроекты в России и за рубежом, строит галереи под открытым небом, создаёт клубы и фотошколы, участвует в подготовке и реализации Антарктической Биеннале.
