«Пари-фото» (Paris Photo) — международная фотоярмарка, самая крупная в Европе. Вот уже седьмой год она проходит в «Карусель дю Лувр», подземелье под знаменитым музеем. В этом году в ярмарке приняли участие 104 галереи и издательства (среди них — 39 из Франции, 19 из Германии, 10 из Штатов). Русскую фотографию эпизодически представляют лишь немногие из них. Постоянно и специализированно — галерея «Карре нуар», которая участвует в «Пари-фото» с самого начала, с 1997 года.
Европейский дом фотографии купил эту работу за 15 000 евро. Группа ′АЕС+Ф′. Action half-life. 2003. Фотография предоставлена группой АЕС
Афганистан и атомная бомба
Война — модная тема сезона. Не только в политике — в искусстве, и прежде всего в фотографии, потому что она быстрее всего поспевает за политикой. Хитами парижской фотоярмарки стали работы, показавшие зрителям войны прошлого, настоящего и будущего.
Афганистан и Ирак — что может быть актуальней? Саймон Норфолк снимал и в Афганистане, и в Ираке. Его работы оказались сразу на двух стендах: молодой галереи Мартина Кудлека (Кельн) и старейшей «Фотограферс гэллери» (она была основана в Лондоне в 1971 году, а три десятилетия — ветеранский возраст для фотогалереи). Впрочем, репортеров, работавших на последних войнах, были десятки. Но так, как Норфолк, Афган не сумел снять никто.
Норфолк не выставляет напоказ страдания жертв. Он показывает войну как органическое состояние, которое присутствует во всем пространстве воюющей страны. На переднем плане — бетонный каркас несуществующего здания (оно напоминает Стоунхендж), рядом с ним афганский «друид» продает цветные воздушные шарики, изжелта-коричневый цвет земли, серое небо и — ощущение чудовищного напряжения, заложенного в этом пространстве. Работа называется «Хронотопия». Название отлично передает дух всей серии. Это место, где время навсегда остановилось на одной отметке — войны.
Война красива. Обстрелянное здание иракского Госплана на фотографии Норфолка напоминает минималистскую скульптуру. А Майкл Лайт впервые представил как эстетическое явление атомную бомбу.
Книга «100 солнц» произвела взрыв. Майкл Лайт собирал для нее материалы в американских военных архивах. Среди авторов отобранных им документальных фотографий атомных взрывов были и Гарольд Эджертон (знаменитый своими моментальными снимками), и никому не известные военные историки. На «Пари-фото» галерея Фреркинга и Визенхефера выставила отдельные снимки из книги как элементы единой инсталляции. В первый день ярмарки одна из работ уже была продана за 5000 евро: люди сфотографированы как силуэты в контровом свете от ядерного гриба. Дьявольски красиво.
Но самое интересное — это война будущего. Ее на ярмарке показала галерея «Карре нуар».
Полжизни за бластер
Сегодня «АЕС» — одно из самых востребованных русских имен на Западе. Единственные русские участники Сиднейской биеннале-2004, экспоненты крупнейшей в Америке в будущем году арт-ярмарки в Майами. На фотоярмарке в Париже их работы были проданы в коллекцию Европейского дома фотографии и в частное собрание Манфреда Хайтинга (одного из самых известных коллекционеров фото). Причины успеха очевидны.
Художники обычно следят за событиями. Но изредка они опережают новости. Так произошло с «Исламским проектом», который был придуман в 1996 году. Тогда в своей серии цифровых фотографий АЕС«ы представили возможное будущее мира, в котором к власти пришли исламские радикалы: статуя Свободы в чадре, а на Кремлевской площади — моджахеды. „Исламский проект“ сделал АЕС»ов знаменитыми сразу после 11 сентября.
Action half-life — это новый проект возможного будущего. Авторы — «АЕС+Ф»: Арзамасова, Евзович, Святский и Фридкес, который уже давно работает вместе с этой группой как фотограф и, наконец, вошел в нее на правах равноправного участника отдельных проектов. Как говорит Лев Евзович: «Современная культура настроена на то, что возможна „чистая война“ и связанные с ней сексуальные переживания». Новая серия работ «АЕС+Ф» показывает войну хай-тек. Action half-life — это название компьютерной игры, которое художники позаимствовали для проекта.
В главных ролях — дети. Их снимали в Москве: в руках у подростков были тубусы, крашенные серебрянкой. Потом на компьютере тубусы заменили на фантастические бластеры. Отдельно были сфотографировали фоны — пейзажи Синайской пустыни. Это соединение виртуального оружия, юных моделей и библейских пейзажей выполнено в духе живописной традиции классицизма. Почти Пуссен, только вместо античной мифологии — компьютерная, а вместо классической живописи — Фотошоп.
Какой-то безумный французский учитель привел на стенд «Карре нуар» детей. И детям понравилось. Ведь именно так и представляет себя ребенок играющий — в виде героя компьютерной войны, где можно победить одним движением джойстика. Без крови и грязи.
Париж-Москва
