Полтора года назад (1998) Павел Антонов уехал в Нью-Йорк и стал заниматься тем, чего ему так не хватало в Москве: реализацией себя как фотографа.
Если человеку не хватает свободы, у него только два выбора: либо пассивно ждать чуда, либо принимать самостоятельное решение – и браться за все самому. Польза от второго очевидна, и более того – свобода принимать самостоятельное решение даёт выплеск творчества.
Нью-Йорк. Сворачивающий набекрень воображение Манхэттен: 42-ая Стрит и Таймс-Сквер, прямые, как стрелы, первая и вторая авеню, витиеватые улочки Гринвич-Виллидж, Сохо, Челси, Литтл-Итали. Если кому попадется на глаза человек, несущийся на роликах, то процентов на девяносто можно быть уверенным, что это – Павел Антонов. Вспомнили?
Он спит по три-четыре часа в сутки – иначе не успеть. Жизнь в Нью-Йорке кипит. За день происходит столько, сколько в любом другом крупном городе мира – за месяц, а то и за все шесть. Этот человек не позволит, чтобы день делал его, и постарается, чтобы все было с точностью до наоборот. Ни часу не потерять: сегодня – у скульптора Эрнста Неизвестного, завтра – у художника Юрия Горбачева, послезавтра – у актрисы Аллы Клюки или у остановившегося в Нью-Йорке с выставкой Сергея Бугаева.
Стиль фотографа заметно изменился по сравнению с тем, что было два-три года назад. Вместо студийного света и фона – естественное окружение. И к прежней эксцентричной манере прибавилась заметная раскованность, раскрепощенность, легкость и динамика. Что ни портрет, то полная импровизации картинка. «По сравнению с прошлыми проектами (один из них – „100 портретов России“, совместная работа с Хайди Холлинджер), я полностью поменял концепцию, – говорит фотограф. – Теперь главным является не кто снят, а как снято. Я пытаюсь использовать всю гамму фотографических приёмов, в которых был вынужден отказывать себе ранее. Это съёмка с цветными фильтрами, „запроявка“ негативов, крупное зерно, съёмка на старую пленку и прочее. И хочется ещё, чтобы достойные люди получили достойные фотографии».
Внутренняя свобода. Без неё никуда. И не существует самореализации без гармонии внутренней свободы с внешней. Самореализация без ограничения, хватило бы только времени – это ли не наслаждение жизнью! И заехавшие в Нью-Йорк Андрей Вознесенский и Александр Филиппенко получают такие снимки, о которых и не думали! И Аркадий Кириченко – известный отечественный (несмотря на то, что он вот уже девять лет как в США) джазмен – летит с инструментом в обнимку по Таймс-Сквер; и Эрнст Неизвестный – отражением в зеркале на Гранд-Стрит в Сохо. Всего-то нужно – сыграть по правилам фотографа: подчиниться его воле, фантазии и изобретательности, пусть где-то и хулиганской. «Жанр портрета сейчас не в моде в России – я вижу это в журналах: „снэпшоты“ с вечеринок или банальные студийные кадры. Ну и пусть, а я буду делать то, что считаю нужным».
Антонов – это забраться на крышу небоскреба и под пронизывающим ветром устроить съёмку часа на четыре, испытывая нервы местной охраны: кто разрешил, и какого черта этим русским тут надо? Антонов – это упасть на спину перед зданием-утюгом Flatiron и полчаса долбить на спуск, заставляя вас переступать, прыгать через него и почти падать от потери равновесия. Завести всех вокруг во время съёмки, так что час вылетает со скоростью минуты, – это Антонов. Серия предлагаемых вам снимков – это часть из того, над чем в данный момент работает фотограф, и что должно составить книгу портретов тех, кто представляет современную русскоязычную культуру. «В книге будут представлены люди, которые, на мой взгляд, внесли весомый вклад в культуру моей страны. В Америке ли они живут или в России – не важно где, важно – как. Успеть нужно многое. Это и Барышников, и Илья Кабаков, и Фетисов. Много хороших людей в Америке, много в России. Жаль, что не всех я могу снять. Но кто же может всех?»
Энтузиазм Павла Антонова заразителен – суметь ворваться в Нью-Йорк и без ощутимой поддержки стартовать в совершенно новых условиях! По большому счету такой целеустремленности и нацеленности на результат можно только позавидовать. Что ж, будем следить за развитием истории…
