МАММ, Москва
Обсуждение 9

Здесь цель одна — доставить развлеченье

Фотографы студии Джона Хайнда: Эльмар Людвиг, Эдмунд Негеле, Дэвид Ноубл

Эльмар Людвиг. Центр отдыха «Батлинс Эр». Детская игровая комната. 1967—1972 © John Hinde Archive

ПРАВИТЕЛЬСТВО МОСКВЫ
ДЕПАРТАМЕНТ КУЛЬТУРЫ ГОРОДА МОСКВЫ
МУЛЬТИМЕДИА АРТ МУЗЕЙ, МОСКВА

В РАМКАХ XII Московской международной биеннале
«Мода и стиль в фотографии – 2021»

ПРЕДСТАВЛЯЮТ ВЫСТАВКУ

Здесь цель одна — доставить развлеченье
Фотографы студии Джона Хайнда: Эльмар Людвиг, Эдмунд Негеле, Дэвид Ноубл

Куратор: Мартин Парр
Экспозиция: Анна Зайцева, Мария Лаврова

Стратегический партнер музея: Mastercard

Мультимедиа Арт Музей, Москва представляет выставку «Здесь цель одна — доставить развлеченье». Звездный фотограф легендарного фотоагентства «Магнум», куратор и коллекционер Мартин Парр заново переоткрывает деятельность ирландской фотостудии Джона Хайнда, которая навсегда изменила представление об искусстве открытки. На выставке показаны фотографии Эльмара Людвига, Эдмунда Негеле и Дэвида Ноубла, работавших в студии в 1960–1970-е годы. Снимки обожаемых англичанами центров отдыха «Батлинс» предназначались для создания открыток и являются блестящим примером непревзойденного мастерства фотографов студии Хайнда. По словам Мартина Парра, «это самые выразительные фотографии Великобритании шестидесятых и семидесятых годов», которые во многом сформировали и его собственный визуальный язык.

Эльмар Людвиг. Центр отдыха «Батлинс Эр». Лаунж-бар и крытый бассейн с подогревом (нижний уровень). 1967—1972 © John Hinde Archive

Центры «Батлинc» произвели настоящую революцию в сфере отдыха — любимая многими модель «все включено» появилась именно здесь благодаря их создателю — британскому предпринимателю Билли Батлину. Идея открыть лагерь с комплексным подходом к обслуживанию возникла у него во время неудачного отдыха на острове Барри в Уэльсе, когда дождливым вечером он не смог попасть в закрытый на ночь семейный пансион, где проводил отпуск. Тогда Батлин решил создать центр, в котором семьи могли бы отдыхать, не беспокоясь о причудах английского климата.

Первый курортный комплекс был открыт еще в 1936 году (в те же годы впервые появилась норма об оплачиваемом отпуске для работающих англичан), однако во Вторую мировую войну его изъяли под тренировочный лагерь для солдат. Послевоенное время стало золотой эпохой клубов Батлина, предлагавших отдых, доступный всем. Здесь была горячая вода, свет и трехразовое питание — все то, чего не было в домах у многих постояльцев, а также всевозможные развлечения: от бальных танцев до катания на монорельсе.

Дэвид Ноубл. Центр отдыха «Батлинс Богнор-Риджис». Детская игровая площадка. 1967—1972 © John Hinde Archive

Клубы пользовались бешеной популярностью — многие из десяти миллионов англичан приезжали туда по несколько раз. Сам Батлин хотел, чтобы в его центрах царила «добродушная и расслабленная атмосфера», о чем свидетельствует выбранный им слоган: «Здесь цель одна — доставить развлеченье». Эту фразу он увидел на ярмарке на уличном органе и лишь много лет спустя узнал в ней цитату из комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь».

В 1965 году, желая обновить образ своих курортных комплексов, Билли Батлин обратился к английскому фотографу Джону Хайнду — пионеру цветной фотографии, который в 1956 году основал собственную фирму по производству открыток. Перфекционист Хайнд постоянно искал новые технические решения, и его продукция во многом превосходила товары конкурентов. Публике очень нравились яркие, насыщенные цвета его открыток, и к середине 1960-х годов компания Хайнда являлась одной из крупнейших в мире по их производству. В 1965 году он перестал фотографировать сам и нанял для выполнения заказа Батлина двух молодых немецких фотографов Эдмунда Негеле и Эльмара Людвига, а чуть позже англичанина Дэвида Ноубла, которые должны были создать открытки для продажи отдыхающим.

Эдмунд Негеле. Центр отдыха «Батлинс Барри-Айленд». Центральная галерея. 1967—1972 © John Hinde Archive

Фотографы студии Хайнда неукоснительно следовали четко сформулированному им стилю. Красочные снимки отличались новаторским использованием цвета и тщательно проработанной композицией. В процессе обработки многие из них частично раскрашивались вручную, например, одежде придавали более яркие цвета, а на небе дорисовывали облака. Созданный фотографами Джона Хайнда вымышленный мир оказал значительное влияние на мир реальный.

По признанию Мартина Парра, фотографии студии Хайнда «стали частью коллективного бессознательного, но ни один историк фотографии не отвел им того места, которого они заслуживают». «Популяризация этих фотографий — мой долг, — продолжает фотограф. — Я испытал настоящий шок, когда открыл их для себя в 1971 году, — с того момента они со мной навсегда. Все они обладают качествами действительно хороших фотографий: они занимательны, актуальны, представляют социологический и исторический интерес. Мы знаем, сколько в них вложено труда, но при этом кажется, что снимки сделаны невзначай. Как всегда, у Хайнда, они рисуют идеализированный мир — и несбыточная мечта о нем с течением времени становится все более притягательной».

На выставке использованы тексты интервью фотографов Дэвиду Ли, опубликованные в книге Our True Intent Is All for Your Delight (Chris Boot. Лондон, 2002).

Дэвид Ноубл. Центр отдыха «Батлинс Майнхед». Монорельс над открытым плавательным бассейном. 1967—1972 © John Hinde Archive
Дэвид Ноубл. Центр отдыха «Батлинс Пуллхели». Поезд. Панорамный вид. 1967—1972 © John Hinde Archive
Дэвид Ноубл. Центр отдыха «Батлинс Пуллхели». Поезд. Панорамный вид. 1967—1972 © John Hinde Archive
Дэвид Ноубл. Центр отдыха «Батлинленд Скегнесс». Вид ночью. 1967—1972 © John Hinde Archive
Эльмар Людвиг. Центр отдыха «Батлинс Мосни». Крытый бассейн с подогревом. 1967—1972 © John Hinde Archive
Дэвид Ноубл. Центр отдыха «Батлинс Пуллхели». Пруд для катания на лодках. 1967—1972 © John Hinde Archive
Эдмунд Негеле. Центр отдыха «Батлинс Файли». Бильярдный зал. 1967—1972 © John Hinde Archive

Метки

Обсуждение 9

  1. Юлия Прокопенко #

    Эту выставку можно описать одним словом – «Богато!»
    Густые краски, щедрый размер отпечатков, изобилие деталей – в любом фотополотне хочется поселиться и разжевать каждую его деталь как цветную липкую конфету.
    Оценить чудо, которое сотворили фотографы Хайнда, можно почитав сопроводительные тексты – о том что в местах съемок больше 300 дней в году идет дождь; о том что столы и полы тесных баров были залиты дешевым пивом, а подвыпившие посетители спотыкались о растянутые повсюду провода осветительной аппаратуры; о том что все украшательства являли собой дешевый пластик, а ворота этих бетонных профсоюзных «казарм» на ночь запирались; и о многом другом, чего мы буквально в упор не видим на залитых светом фотомуляжах леденцовой горы.
    А если учесть что вся эта роскошь предназначалась для отпечатков размером 10х15 см (то есть рекламных открыток), то остается только благоговеть перед способностью фотографии превращать хлам в сокровище.
    Выставка работает до конца лета.

  2. Сергей Петров #

    посмотрел эти выборочные экземпляры

    с определённой ностальгией.

    эстетика синематографа 50-х и начала 60-х годов прошлого века.

    всё оно — как-то по спирали.

    немножко кадилака не хватает..

  3. Игорь Юнаковский #

    «доставить развлечение» = развлечь
    (когда ж мы себя-то уважать научимся…)

    1. Сергей Петров #

      фишка в том, что знающие профессионалы (к тому же — дипломированные лингвисты) утверждают про разность англо-санксонсих наречий и славянских..

      англо-саксонские языки — аналитические.

      а славянские — синтетические.

      возможно при попытке перевода и возникают некие куртуазные проявления, ежели переводчик — не совсем квалифицирован и не ощущает нюансов.

      нонче истинного профи найти — это как днём с огнём.

      последствия ЕГЕ, вероятно, в некоторой степени

      1. Игорь Юнаковский #

        Сразу не обратил внимание: слово «развлеченье» написано,
        как «устаревшее разговорное», с мягким знаком. Почему, зачем?
        Никому не известно. Видимо, левая пятка так захотела.

        Про влияние ЕГЭ не знаю, возможно оно и есть. В большей
        степени тут виновато отсутствие «фильтров», как в советское
        время. А ещё тотальное влияние «олбанского», во всех его
        тлетворных проявлениях.

        1. Юлия Прокопенко #

          Какой же сон в летнюю ночь 😉

          «Поверьте нам — мы тут. Без принужденья —
          Не ищем вас к себе расположить.
          Здесь цель одна; доставить развлеченье
          Мы не хотим.
          И, в мысли оскорбить вас,
          Актеры — тут; из нашего показу
          Все, что понятно, вы поймете сразу».
          (перевод Тумповской)

          Сюда пришли мы вовсе не затем.
          Чтоб вы, смотря на нас, вконец измаялись, —
          Наш первый помысл. Угодить вам всем
          Мы не хотим.
          Чтоб зрители раскаялись,
          Актеры здесь. Они сыграют знатно,
          И вы поймете все, что вам понятно.
          (перевод Лозинского)

          Вот нашего конца сейчас начало.
          Мы не жалеем своего труда
          Вас оскорбить. Не входит в наши цели
          Вас развлекать.
          Явились мы сюда
          Не с тем. Чтоб вы об этом пожалели,
          Актеры здесь. Их стоит показать,
          Чтоб вы узнали все, что надо знать»
          (Перевод Щепкиной-Куперник)

          Обратите внимание на знаки препинания. Так ставит акценты школьник, который не понимает смысла того, что читает. У Вильяма нашего Шекспира, конечно, утрировано, но если хорошо разыграть, будет очень смешно.

          PS: Парр не так прост, чтобы неграмотные выставки курировать.

          1. Игорь Юнаковский #

            Да, Парр большой шутник. Что-то не пойму, какого он года рождения — 52го или 62го.
            В разных источниках по-разному. Это, видимо, одна из его шуток.

            1. Юлия Прокопенко #

              Судя по тому, что в 1970-73 он обучался в Манчестерском политехе, скорее всего 1952.

              1. Игорь Юнаковский #

                Видимо так.

                Прочитал переводы и думаю: «Неужели Шекспир и вправду так мутно писал?»
                Ни один из переводов мне не нравится. Я бы их вообще «переложениями» назвал.
                Типа — «пройтись по Шекспиру» Если они так друг от друга отличаются,
                то, видимо, и в не меньшей степени от оригинала.

Чтобы ответить, войдите на Photographer.ru.