«Я не выбирала домашнее насилие. Оно выбрало меня»
Ханна Козак, фотограф

С недавних пор я стала с большей настороженностью относиться к проектам, посвященным работе с травмой. Слишком часто они построены вокруг оппозиции «было/стало» и рискуют показаться одномерным — с агрессором, представленным архивными снимками с человеком с перечеркнутым или еще как-либо искаженным и скрытым лицом, и автором, преодолевшим себя через публичность, теперь еще и художественного, монолога. Формально высокое эстетические качество подачи материала нередко добавляло лишь налет искусственности и выводило на первый план нарциссизм жертвы. Но разве боль может быть красивой?

Несмотря на своеобразную моду на серии и фотокниги, посвященные психологии боли, в поле, несомненно, остаются проекты, работающие со сложным дискурсом с нужным балансом деликатности и глубины. Конечно же, Мики Хасегава и ее исследование «Журнал. Для внутреннего пользования»; конечно Лайла Абрил и «Об абортах»; конечно Чен Же и «Пчелы, и То, что можно пережить».

Каждая говорит о насилии по-своему и с разной дистанцией. Причем не только и не обязательно портретами героев (слово «жертва» здесь я намеренно использовать не хочу), но и цифрами, статистикой... многоголосием участников ситуации «выхода за рамки». И среди этих участников, несомненно, есть элементы и иного уровня — институции, системы, культуры. Все они представляют собой механизмы агрессии и репрессий, делающие насилие возможным, вкладывающие в руки человека с перечеркнутым лицом спортивную биту или полицейскую дубинку, ремень или утюг. Расширяющие границы дозволенного и безнаказанного. Меняющие определение «нормы».

Рейчел в больнице со своими игрушками. Фотография из фотокниги Ханны Козак «Последний раз он ударил слишком сильно». Предоставлено издательством Daylight.

Ханна Козак — американская фотограф с карьерой голливудской каскадерши длиной в более 25 лет. Книга «Последний раз он ударил слишком сильно» при первом приближении читается как история Рейчел (Рахиль) Зарко, матери Ханны, гватемальской красавицы, столкнувшейся с насилием со стороны второго мужа. Однако, при более тесном знакомстве с проектом, становится понятно: основная тема все же гораздо шире. Удар и последующая травма мозга не только повредили физическое и психологическое здоровье женщины, но и затронули судьбы ее пятерых детей, которых она оставила, уйдя от семьи к новому партнеру.

Мать Ханны решила начать новую романтическую страницу с другим мужчиной, когда Ханне было девять. «В тот день часть меня умерла, — пишет фотограф. — Еще одна часть меня свернулась 17 июня 1974 года — день, когда маму без сознания привезли в неотложное отделение больницы скорой помощи после сильного удара в голову». Прежде чем дойти до критической точки, женщина регулярно подвергалась домашнему насилию на протяжении почти пяти лет.

У Ханны, пережившей массу противоречивых чувств, вызванных случившемся, (ей тогда было всего 14) развилось тревожное расстройство — доктора лечили его валиумом...

Автопортрет с Оливией, позже он войдет в отдельную серию «Боль и одиночество». Фотография из фотокниги Ханны Козак «Последний раз он ударил слишком сильно». Предоставлено издательством Daylight.

Страшно представить, на что может быть похожа жизнь подростка, оставленного матерью, наедине с чувством вины, химической зависимостью и необходимостью дальше строить свою жизнь. В книге об этом фотографий нет, Ханна пишет лишь, что после госпитализации матери (из больниц и специальных медицинских учреждений она после травмы так и не выбралась), временную передышку дало расстояние: девушка уехала из Лос-Анджелеса в Израиль, выучила иврит и исполнила детскую мечту — стала профессиональной каскадершей. Но, по словам Ханны, настоящим способом вернуть себя стала фотография — другой инструмент дистанции, необходимой для рефлексии.

В фотокниге «Последний раз он ударил слишком сильно» собраны несколько типов снимков: архивные фотографии из семейного альбома Рейчел, автопортреты, которые Ханна начала делать в 2010-х после распада собственного брака, черно-белые репортажи визитов к матери в больницы — все сопровождаются подробными комментариями, что позволяет, в полном смысле слова, «читать», главу за главой, длинную биографию трагедии. Внимание привлекают два скана текстов — документов, добавляющих в проект еще одно измерение для анализа. На одном — отчет социальных служб о состоянии здоровья Рейчел и ситуации, предшествующей госпитализации, на втором — подробные пометки в списке актерского состава фильма «Дикие сердцем» (1990), где каскадерские трюки вместо Изабеллы Росселлини выполняла Ханна. Оба отчета описывают бюрократическим (медицинским и служебным) языком факт применения насилия, формально объясняют его причины. Синяки, ушибы и переломы — «побочные эффекты» семейной жизни и выбранной профессии в индустрии развлечений. В обоих случаях — результат как личного выбора, так и состояния современного общества, где подобные вещи, как ни страшно это констатировать, норма. Ведь любой выбор — это результат взаимодействия с ценностями среды, где мы растем и социализируемся. Но каким жестоким должно быть общество, чтобы вырастить человека, позволяющего сосуществование слов «любовь» и «боль» в одной формуле?

(Слева) Портрет матери Ханны, примерно 1970 год. (Справа) Фотография со съемок «Твин Пикс», где Ханна работала дублершей. Подпись – «всего лишь еще один рабочий день». Из фотокниги Ханны Козак «Последний раз он ударил слишком сильно». Предоставлено издательством Daylight.

В книге Ханна не проговаривает эти вопросы открыто, не делает выводов, не указывает на виноватых. Снимки не представлены в хронологической последовательности и не выстраивают драматический нарратив с кульминацией в виде травмы и хэпп-эндом в виде воссоединения матери и дочери — все перечисленные выше типы фотографий ведут внутри проекта самостоятельный негладкий, но наполненный символами полилог: полароиды с гематомами и подписями «еще один рабочий день» шариковой ручкой перемежаются с портретами Рейчел, рассеянно обнимающей свои игрушки на больничной койке. На выгоревшей фотографии с тонкой рамкой — тоже она, высокая стройная женщина в модных солнечных очках, лет за десять до встречи с мужчиной, который будет любить ее так, как умеет.

На романтической открытке от второго мужа, которую Рейчел получит, уже находясь в больнице, нелепым, почти школьным почерком выведенные слова: «Я буду любить тебя всегда! Держись!». На фоне рисунка с красным закатом — силуэт пары. А ведь он действительно ее любил. Просто не думал, что в этот раз удар получится настолько сильным.

Рейчел в больнице. Фотография из фотокниги Ханны Козак «Последний раз он ударил слишком сильно». Предоставлено издательством Daylight.

Ханна Козак/Hannah Kozak
Последний раз он ударил слишком сильно/He Trew the Last Punch Too Hard

Фоторедактор: Реджина Монфорт
Редактор текстов: Дэвид Стюард
Дизайн: Мелике Ташиглу
Первое издание, 2020
ISBN: 978-1-7324711-5-3