Наверх
Loading
| Тенденции

Здесь и Там

Новогодняя выставка арт-фотографии «До и После»
Алиса Никулина. «Зонтики.» 2008
Алиса Никулина. «Зонтики.» 2008
Алла Долгалева. «Open Air.» 2008
Алла Долгалева. «Open Air.» 2008
Александр Слюсарев. «Новый год.» 2008
Александр Слюсарев. «Новый год.» 2008
Олег Арнаутов. Из проекта «Идентификация». Часть II. 2008
Олег Арнаутов. Из проекта «Идентификация». Часть II. 2008
Евгений Сафьян. «Там, откуда нет выхода, шел снег.» 2005
Евгений Сафьян. «Там, откуда нет выхода, шел снег.» 2005
Петр Жуков. Из цикла «Солдатики». 2008
Петр Жуков. Из цикла «Солдатики». 2008
Наталья Еремина. «Ночь.» 2008
Наталья Еремина. «Ночь.» 2008
Дмитрий Пустовойтов. «Без названия.» 2008
Дмитрий Пустовойтов. «Без названия.» 2008
Лена Корсарова. Из серии «Признаки архитектуры». 2008
Лена Корсарова. Из серии «Признаки архитектуры». 2008
Андрей Абрамов. «Без названия.» 2008
Андрей Абрамов. «Без названия.» 2008
Павел Кузнецов. «Без названия.» 2007
Павел Кузнецов. «Без названия.» 2007
Анна Гвирц. «Мальчик.» 2008
Анна Гвирц. «Мальчик.» 2008
Святослав Пономарев. Из серии «Шесть состояний Старого Нового года». 2008
Святослав Пономарев. Из серии «Шесть состояний Старого Нового года». 2008
Вильфред Неус
Вильфред Неус
Текла Елинг
Текла Елинг
Андреас Рег
Андреас Рег
Эберхард Вейбле
Эберхард Вейбле
Андрей Баров
Андрей Баров
Кристиан Хердер
Кристиан Хердер
Роланд Кёнен
Роланд Кёнен
Йорг Бруггеманн
Йорг Бруггеманн
Жиль Ватерман
Жиль Ватерман
Бертрам Кобер
Бертрам Кобер
Стайн Йерсик
Стайн Йерсик
Герман Ван Ден Бум
Герман Ван Ден Бум
Маркус Эриксон
Маркус Эриксон
Урсула  Шоппер
Урсула Шоппер
Анна Веркмейстер
Анна Веркмейстер
Майкл Ореал
Майкл Ореал
Клаус Мунцнер
Клаус Мунцнер
Ричард Брам
Ричард Брам
1 из 32
Горячие клавиши: ← Предыдущее фото → Следующее фото

Новогодняя выставка арт-фотографии «До и После» — в галерее «Ост». Цветной и черно-белой. Аналога и цифры. Мастерской и совсем юной. Нашей и зарубежной.

Наши — вдоль кирпичных стен, по двум комнатам. Их — в углу, друг за дружкой, рядом с повешенными шубами. Наши — тонкие, вдумчивые, интравертные, их — большие, зрелищные, нараспашку. Наши — тихо бликуют за стеклом. Их — громко блефуют в слайд-шоу. Наши — экспонаты подпольного музея. Их — граффити с проспекта Underground. Наши отсуживают метры у труб. Их — открывают окна в мир.

Мы — 36 художников без арт-прописки и средств. Они — 30 стран, где фотоискусство доступно, как дыхание и нужно, как бутерброд. Мы — дворники, сторожа и теперь еще клерки, с затухающей, как зубная боль, потребностью высказаться. Они — профессионалы и любители, реализующие хобби. Мы входим в Новый Год как в разлом, они — как в разлет. Мы со снегом в фонарях — «Девочка со спичками». Они с веселыми трансвеститами — «Бабушка с рождественским гусем».

Концепция выставки опрокидывает шахматную доску здравого смысла. Вам хватает интернета? — Сидите дома. Предпочитаете живое фото? — Приходите в «Ост». Но если работу, скажем, блестящего Игоря Култышкина вам не удалось толком разглядеть за стеклом, задайтесь вопросом — почему. Для кураторов — Евгения Березнера, Аллы Долгалевой, Олега Арнаутова этот ход, точнее, взрыв мысли — необходим. Разговор получается — не праздничный.

Выставка в подвале сталинского дома 38 по ул. Маши Порываевой — не дань моде, утверждают кураторы, а данная нам в ощущениях горькая реальность сегодняшнего дня. Точнее даже, случайность, выпавшая не только молодым, но и известным фотографам — представить то, что они хотят, там, где это возможно. Не в Третьяковке (программы развития отечественной фотографии и их экспонирования на музейных площадках как не было, так и нет) и не в Манеже (гламурный контекст и ГУМовская развеска силами МДФ вызывают раздражение), а здесь, в подвале. За свои деньги, которых едва хватило на единообразный формат, совсем не хватило на свет и музейное стекло (лучше старенький, но отутюженный костюм, чем мятый смокинг и валенки) и вряд ли хватит на приличные «персоналки» в будущем.

Кто-то из знакомых иностранцев попросил у кураторов карту московских фото-галерей. Смешно, да? Смешно дребезжит телефон после открытия выставки, разрываясь от звонков молодых авторов: нельзя ли прийти, показать, прислать? Вот просто так, с улицы, без спонсоров и рекомендаций? — Сюда — можно. А куда еще можно? А бог знает… Это вам не Париж, где одновременно идут семь крупных фото-выставок в Орсе, Помпиду и т.д. Это не Берлин и не Вена, где по дороге в знакомую галерею можно встретить столько «конкурирующих фирм» разных стилей и направлений, что впору заблудиться. Москва фотографическая — пустыня, где судьба негатива — подвал или билборд.

Конечно, «там» художники не живут лишь арт-фотографией. Они занимаются разными другими… видами фото. «Тут» тоже не живут только арт-фотографией, «Тут», кого ни спроси, занимаются… всем, чем угодно, только не фото. «Там» есть реальная надежда, что при наличии таланта художник будет востребован обществом, а значит, у него будут персональные выставки, альбомы, публикации в журналах и, разумеется, деньги. «Тут» главное, при наличии таланта… не забросить искусство совсем. «Там» фотография — развитие, которое можно позволить себе не в 18 и даже не в 25, «тут» — выживание, жребий, судьба. «Там» фото — факт биографии, «тут» — агиографии.

Можно по-Канту: у них фотография — вещь «для нас», у нас фотография — вещь «для них». Если мы снимаем что-то хорошее, то непременно для того, чтобы отправить «туда». А печатаем каталог — исключительно — по «их» просьбе. Если имеем признание, то опять же, где-то «там». На самом деле, «мы» — не мы, а жалкий десяток мастеров. В коллекции немецкой галерейщицы Тины Шелхорн, приславшей в «Ост» новогоднюю коллекцию из 700 фотографий, нет адресов российских фото-галерей. Да и откуда? По бледно-розовой части Евразии бродят медведи, вооруженные мыльницами Lumix. Захлестнувшая Россию фототехническая волна не задела ни государство, ни частных инвесторов: никому не пришло в голову создать целевую программу развития отечественной фотографии — от архивных выставок до издания альбомов российских звезд и поддержки молодых авторов.

Арту повезло с этим куда больше. Какой-никакой, а появился рынок, на котором могут существовать и развиваться художники средней руки. Средний же, нормальный, непьющий и работящий российский фотохудожник пока даже — не прослойка. Для того чтобы фотоискусство стало востребованным, нужно в течение 5—7 лет внедрять его в публичную жизнь, устраивая хотя бы три крупных профессиональных проекта в год в ведущих столичных музеях. Вот тогда фотография постепенно найдет своего зрителя, ценителя, покупателя. А художнику, до сих пор не уверенному — быть или не быть фотографом — давно стоит предложить (вместо уроков тупого нажимания на кнопку) фундаментальный курс теории и истории мировой и отечественной фотографии, с многочисленными «заходами» в область семиотики, кино, литературы, общественного сознания…

Фотография — лицо социума, отражение внутреннего «мы». В химическом растворе гламура, информационной блокады и житейской неустроенности проступает физиономия «общества анонимных алкоголиков» — единственной головной боли нынешней благотворительности, — сурово приговаривают кураторы. И ведут в маленькую «пытошную» — бутафорскую фото-студию, где лампа — стробоскоп, новогодняя гирлянда — терновый венок, рождественская песенка — радио-гогот, негатив — черный квадрат.

P.S. В маленькой галерее у трех вокзалов было задумано встретить старый Новый Год по-своему, без шариков и конфетти, как ось времени — тонкой нитью сквозящую в ткани каждого, отдельного, неповторимого Снимка. По крайней мере, так говорилось в пресс-релизе. Но стоило картинкам по-соседски договориться с заплатками и трубами, кураторская палочка сделала роковой взмах, и выставка «До и После» застыла ледяной и анонимной «Здесь и Там», разделив нестерпимой границей галерею и подвал, Восток и Запад, фото и слайд, свет и стекло, художника и зрителя. Будто поцеловала Снежная Королева. Или треснуло зеркало. Или пробили полночь часы, застав врасплох наивную и беспечную Фотографию.


Подпишитесь на рассылку Photographer.Ru
Новости | 10 декабря 2016
Аукцион Vladey заинтересовал коллекционеров фотографии
«Всадник в персиковом саду» фотографа Фёдора Савинцева ушел за 1600 евро при стартовой цене в 100 евро
Из сети Instagram — в музей
#newstorymetenkov – выставка лучших фотографий инстаграм-конкурса «Дома Метенкова»
Вручены премии Альфреда Фрида
Борис Регистер из Калининграда награждён европейской премией для фотографов