НачалоСобытияРевю

В поисках возможности истории

1 из 7
	1 из 7

В «Новой истории фотографии» нет места вечным вопросам о «художественности фотографии», спорам о тонкости границ между «реалистичностью», «объективностью» или «достоверностью» применительно к фотоизображениям. Во вступлении редактор издания и автор ключевых ее статей Мишель Фризо определяет фотографию как феномен, до сих пор скрытый от прямого наблюдения, бытование которого недоступно окончательным дефинициям. Посему Фризо и единомышленники отказываются от строго научной методы, предписывающей подчинить исследование доказательству заявляемого в начале и правдоподобно выглядящего тезиса. Но именно беспрецедентная фактологическая база, вовлечение в исследовательский оборот фотографий, ранее остававшихся без внимания, позволяет авторам этой коллективной монографии сделать свои открытия и дает право для свежих обобщений.

В отличие от оригинального издания, русское разбито на два тома (что не помешало издателям оформить его в полном соответствии с французским оригиналом, осуществленным издательством «Adam Biro»). Первый том охватывает историю (вернее было бы сказать истории) фотографии от ее изобретения, до начала XX века. Впрочем, этот временной интервал условен. В книге нет строгой хронологии. Она разбита на восемнадцать глав-тем, но даже внутри каждой авторы придерживаются исторической последовательности лишь в силу необходимости. Сам момент рождения фотографии осмысливается не как единовременное событие, а как результат субъективных, нередко ошибочных устремлений разных людей в разных концах земного шара. «Мы постараемся <…> больше внимания уделить многообразию фотографических практик и тем намерениям, с которыми обычно делаются фотоснимки» (Мишель Фризо, «Вступление. Век света»). Собственно, и главы «Рождение фотографии» здесь нет, есть глава «Открытия фотографии». Задача книги — проследить, как на протяжении полуторавековой истории менялись представления о фотографии, ее место в науке, искусстве, общественной, личной и семейной жизни. И напротив, — как возрастала вовлеченность человека и общества в фотографию, благодаря которой они получили инструмент самонаблюдения и самоанализа.

Предисловие, написанное Мишелем Фризо, задает и остальным авторам способы подхода к предмету описания: «метод и критерии оценки фотографии следует искать в ней самой; лишь в рамках ее собственной истории можно уловить ее новизну и оригинальность». На возникающий тут же вопрос, а что, собственно, можно называть «фотографией», Фризо отвечает с беспристрастностью археолога, дающего определение артефакту: «Прежде всего, это весьма разнородная совокупность изображений, единых лишь в том, что все они порождены воздействием света на чувствительную к нему поверхность».

Условность принятого сегодня жанрового деления подчеркнута авторами в оглавлении и содержании книги. Здесь нет отдельных разделов, посвященных фотографическим жанрам. Глава «Летопись века. Фотография и событие» — не о становлении репортажной фотографии, а о динамике взаимодействия фотографии и истории, переосмыслении ценности объекта фотографирования, переоценки фотографии как документа истории, права фотографа вмешиваться в само событие. Действительно, понятия «документальная фотография», и для нашего времени спорного, в XIX веке еще не существовало, а если применять к ней ретроспективный подход, то это будет скорее история термина в картинках, чем история феномена. Попутно исследователь вынужден будет отбросить множество изобразительного материала, не соответствующего современному взгляду на содержание этого вида изображения. Архитектурная фотография, например, рассматривается с точки зрения, заданной уже во вступлении: ставшая «прямым придатком Истории», она развивалась параллельно другим техническим новшествам эпохи и послужила воплощением модернисткого мифа о машине, наряду с таким явлением, как индустриальные методы строительства. А союз фотографии и архитектуры «задолго до авангарда 1910-х годов — привел к зарождению того, что сегодня мы называем современным искусством» (Эльвира Периго, с. 197, «Город-машина»). Отдельное место отведено стереоскопической фотографии, которая, в описании Пьера-Марка Ришара («Третье измерение»), предстает не как непродолжительное время просуществовавший аттракцион, но как одно из важнейших фото-увлечений человечества, давшее фотографии сильный содержательный импульс. С этим «прообразом симулякра» связано не только рождение особого рода иллюзии, но и бурный рост рынка пиратских копий, и множественные прецеденты судебных тяжб об авторском праве. Технические, эстетические, психологические, социальные аспекты не просто увязаны друг с другом — каждая новая глава, каждый автор по-новому ставят вопрос об их взаимосвязи. Вообще приходится говорить о драматической истории, неком конфликте, с одной стороны которого фотография, с другой — человек снимающий, и человек воспринимающий.

Хотя принцип историзма не является для авторов статей монографии ведущим, каждый из них, раскрывая тот или иной аспект фотографии, вынужден обращаться к ее истокам, и в глаза бросаются многократные повторения: «1839 год», «Ньепс», «Дагер», «Араго», «Талбот». Быть может этому, отчасти, книга обязана своим странным гипнотическим воздействием. Главная же составляющая ее привлекательности и силы, помимо качества текстов — сложная, трехуровневая структура книги. Большинство глава снабжено «врезками», посвященными, как правило, практическим аспектам описываемых процессов, отдельным именам или фотопроектам. В конце некоторых глав дается «досье» — иллюстрированное приложение, раскрывающее связанный с темой главы поворот повествования. Расположение как врезок, так и отдельных иллюстраций тщательно выверено и является дополнительным элементом повествования, от чего и создается впечатление полифонии — качества скорее романного повествования, чем научного труда.

Использование оригинальных пленок при печати русского перевода (книга увидела свет в той же типографии, что оригинал), позволило сохранить прихотливую конструкцию французского издания, выполнить аутентичный перевод не только текстов, но и визуального ряда, сопровождающего чтение, что для «Новой истории фотографии» оказывается чрезвычайно важно.

Научный редактор Андрей Наследников отнесся к переводу с гибкой осторожностью. Тексты статей были написаны международным коллективом экспертов не только на французском, но и на английском, немецком, итальянском. Издательство получило оригинальные тексты и переводило с них, а не с переводов на французский язык (первое издание).

«Коль скоро любая история — это догадка о том, каким будет само понятие истории в будущем, мы делаем ставку не столько на содержание истории, сколько на содержание фотографий» — пишет Фризо. «Новая история» — это и заявление нового взгляда на предмет, и смиренное признание того, что со временем будет написана другая история. «Новая история фотографии» — лишь фрагмент истории, а основная ценность ее в том, что она предлагает ряд методик и способов видения, «разглядывания» (Барт). Исследование скорее указывает на возможность истории фотографии, наставляет на путь поиска «утраченного». В то же время, «Новая история» способна вдохновить на написание параллельных историй. Например, истории русской фотографии.

Второй том монографии планируется издать летом следующего года.

Новая история фотографии. СПб., Machina; Андрей Наследников, 2008 Фризо, Мишель (ред.). Мишель Фризо, Франсуаза Эйльбрен, Эльвира Перего, Майк Уивер, Питер Баннел и др. Пер. с франц., нем., англ. В.Е. Лапицкого, В.М. Кислова, Ю. Н. Попова, А.В. Шестакова 230 × 305 мм; 334 с., илл. ISBN 978—5-90141—066-0

Оглавление и фрагменты | история фотографии, книги | Комментарии (18)

Версии Игорь Терехов Его работы были на выставках, на них обращали внимание: откуда они? Из Тулы? Филигранная техника поверхности, обихоженная, сотканная из мелких мазков, как живопись, и - абсолютно фотографическая, подлинная. Реплик: 6

Здесь и Там Новогодняя выставка арт-фотографии «До и После» Юлия Квасок Новогодняя выставка арт-фотографии «До и После» — в галерее «Ост». Цветной и черно-белой. Аналога и цифры. Мастерской и совсем юной. Нашей и зарубежной. Реплик: 20

Бэрон Уолман: почти прямая речь Митя Нестеров «Только один человек может сказать, что он был первым фотографом Rolling Stone. Мне просто повезло, чертовски повезло». Реплик: 86

В фотожурналистике лучше не знать слишком много монологи Педро Майера и Айвана Сигала Война в Афганистане послужила причиной самого массового журналистского паломничества со времен кризиса в Косово. Когда-нибудь настанет время для подробного анализа… Реплик: 1

Изнасилованное изображение Жан Бодрийар Принципиальный для теории фотографии текст французского классика современной философской мысли, до сих пор не публиковавшийся на русском. Перевод для Photographer.RU сделал Дмитрий Орлов. Фотографии… Реплик: 63

Советская романтическая фотография Сто авторов и пятьсот фотографий на выставке «Фото 60-70» Вадим Алексеев Интересом к человеку отмечена лучшая в ХХ веке эпоха – позади тоталитарность конструктивизма, фальшь большого стиля, суровая правда войны, впереди… Реплик: 136

ФОТОIMAGE: Фотография Петербурга Дмитрий Пиликин Краткое знакомство с современной фотоситуацей северной столицы Реплик: 2

Sony Alpha DSLR-A900 Новая полнокадровая зеркальная камера Dan Havlik, PDN Gear Guide Sony A900 Для студийных фотографов с ограниченным бюджетом, этот полнокадровый, 24.5-мегапиксельный монстр от Sony – отличный выбор. Хотя шумные изображения,… Реплик: 9

IFPC 2011-2012 Второй международный конкурс фотографий, сделанных с помощью фильтров 2011-2012 Компания Kenko Tokina проводит международный фотоконкурс снимков, полученных с использованием фильтров. Участие в конкурсе бесплатно. Подача заявок осуществляется через веб. Приём заявок… Реплик: 2