Наверх
Loading
| Опыт

Portfolio Reviewing 2004 глазами участника

Речь пойдёт о Portfolio Reviewing — просмотре портфолио — ежегодном событии, проходящем в Братиславе в рамках Международного Месячника Фотографии.

Я узнал про это мероприятие случайно — летом 2003 было маленькое объявление на титульной странице photographer. ru. Описание звучало непонятно, но очень интригующе: просмотр портфолио — шанс для начинающих и опытных фотографов получить профессиональную критику своих работ и заявить о себе в мире фотографии. Господибожемой, это же как раз то, что нужно! Не знаю, кому там и что заявить, но получить критику — это очень, очень важно.

Что же это на самом деле

Из краткого описания события сложно было понять, что же это и как проходит (Посылка работ на рецензию? Некая оценочная комиссия?). Поиск в интернете, переписка с координатором и общение с бывшими участниками составило картину:

Итак, это некоторое количество коротких личных встреч, наедине с критиком по выбору. Участник показывает работы, критик высказывает мнение. Ничего, кроме времени, не ограничено. Приехать может любой, каждый участник может выбрать любых критиков, показать им сколько успеет работ, но всё за двадцать минут с каждым критиком. Соответственно, есть не формальные, а «разумные» ограничения: сколько можно показать работ за двадцать минут, да ещё так, чтобы успеть услышать комментарии? Время ценно, и жёсткая рамка определяет состав встречи: «предполагается увидеть Ваши лучшие, наиболее законченные работы и серии» (цитата из рекомендаций участнику).

Зачем это?

Наверное, чтобы получить критику. Какую критику и зачем её получать — на этот вопрос каждый ответит по-своему. Получить критику, чтобы знать, как развиваться дальше. Чтобы понять, что тебе на самом деле интересно. Чтобы узнать, что может найти отклик у многих, а что интересно только самому автору.

В отличие от фотофорумов, это не мнение случайных людей. Это профессионалы, искусствоведы и фотографы, хорошо представляющие себе фотографический мир. Конечно, это люди со своими пристратиями и со своими субъективными взглядами, но безусловно с широким кругозором и с глубокими знаниями о стилях и направлениях искусства.

Опять же, в отличие от фотофорумов, это не критика в духе «здесь нужно было не такое освещение, а контровое». Тут не учат фотографии. Тут рассматривают работы фотографов, предполагая, что это законченные работы, в полной мере отражающие взгляд автора. По этим работам судят о позиции автора, а не об уровне овладения техникой. Технически и концептуально несовершенные (или незавершённые) работы лучше забыть дома.

Кроме собственно получения критики, это место для завязывания отношений. Среди критиков — кураторы галлерей, представители агенств и журналов. Фотографы приезжают на мероприятие, чтобы показать свои новые работы и, возможно, организовать их показ где-то, начать переговоры о контракте на публикацию, и т. п.

Для меня это в какой-то мере следующая ступень после фотофорумов. Когда мнение случайных посетителей начинает меньше интересовать и давать меньше конструктивного вливания. Когда больше хочется услышать мнение людей знающих, смотрящих глубже и дальше «широкой публики». Многие критики подтвердили, что это так — это и есть следующая ступень.

Ехать или не ехать?

(главный вопрос евреев СССР)

Как существо мнительное и неуверенное в себе, я очень долго сомневался: стоит ли мне там появляться вообще. Я это тут не в качестве жалобы рассказываю, а потому, что любой желающий туда собраться любитель в первый раз будет, видимо, терзаться тем же, в большей или меньшей степени.

Главный аргумент «за»: в любом раскладе узнаю свой уровень, получу столь необходимую обратную связь, оценку. Всё это так важно в «зоне неопределённости», в которой пребывает не слишком уверенный в себе фотограф- любитель. И даже если уверенный в себе, всё равно. Это просто необходимо, чтобы понять, где ты есть и куда ты хочешь двигаться дальше.

Но, конечно, страшновато, ибо основная боязнь — получить даже не резкую отрицательную критику, а полное и окончательное безразличие, вроде «здесь нет ничего, что было бы достойно хоть чьего-то внимания», беглое перебирание твоего «творчества» со взглядом, не останавливающимся ни на чём.

Тем не менее, нужно хорошо представлять себе, что такие отзывы будут . Значит, нужно твёрдо стоять на ногах. Иными словами, перед тем, как показывать своё творчество «большим людям», нужно быть достаточно уверенным в том, что тебе самому оно важно. Настолько важно, чтобы отстаивать его, по крайней мере как этап на пути куда-то. Важно настолько, чтобы продолжать заниматься этим, даже если тебе скажут, что это бесперспективно. Ещё более другими словами, если ты сам не уверен в том, что значишь что-то, то трудно ожидать, что тебе это скажут другие. А если уверен, то есть риск, что ты просто недостаточно внимательно смотрел по сторонам.

В какой-то мере надо настроиться и на то, что критика может быть и изничтожающей, и принять меры против опускания рук и подкашивания коленок. Последнее очень важно, если только не собираешься появиться там, чтобы навсегда завязать с фотографией.

А судьи кто?

«Судьи» — люди широко известные в мире фотографии, очень опытные. Чтобы не было из моих уст, полный список см. на www.fotofo.sk. Не все перечисленные в том списке личности действительно появились, место неприехавших знаменитостей заняли работники fotofo.

Грубо говоря, было два вида критиков: критики-кураторы , представители музеев, галлерей, ищущие талантов для своих коллекций и выставок, и критики-фотографы , собственно фотографы, преподаватели фотографии из университетов, представители агенств и других организаций, промышляющих фото.

Очень важно понимать, кто какую информацию может дать. Критики-фотографы могут больше сказать о самих работах, об их сильных и слабых сторонах, помогут понять, какие работы лучше или хуже и чем. Критики-кураторы больше «западают» на авторский взгляд, стиль, на то, что выделяет этого автора из массы остальных. Эти люди, как правило, всё свое рабочее время заняты просматриванием каких-то работ. Им интересно то, что «выделяется», что может составить выставку или хорошо смотреться в музее. Работы качественные, но на очевидные, даже не обязательно избитые темы, они просто пропускают — можно без преувеличения сказать, что они видели тысячи таких. Выражаясь терминами photographer. ru, с «закатами» к ним можно не приходить, и вообще с закатами там не стоит появляться. Не обижайтесь, пейзажники, надеюсь, все понимают, какие именно закаты я имею в виду, если нет — смотрите форумы нонстопа, там про это много говорится.

Подготовка

Координатор мероприятия прислал любопытный документ, написанный одной из критиков 2002 года. После опыта самого события, я готов дважды подписаться под каждой его строчкой. Он хорошо создаёт представление о том, что критики ожидают увидеть и что стоит сделать, чтобы избежать недоразумений, непониманий и разочарований. Но я здесь от имени участника, а потому скажу вот что (хоть это и частично пересекается с тем документом):

  • в первую очередь нужен свой, персональный куратор, опытный сам по себе, и знающий Ваше творчество. Он поможет посмотреть на свои работы чужими глазами. Без такого человека автор — как автомобиль без спидометра. Факт: автор не может объективно оценить свою работу, она для него лишь часть всего процесса, результат потока мыслей и идей. Автор не может отделить работу от того, что предшествовало её созданию, а зритель видит только саму работу. Автору в одиночку иногда сложно найти нечто общее в некоторых своих работах и выделить главное. Нужно найти себе союзника, готового вложить некоторое время в анализ твоего творчества. И, стараясь не злоупотребить его временем, получить взгляд со стороны, сопоставить его со своим собственным и, с помощью полученных данных, расставить акценты. Без этого невозможно отвлечься от своего привычного взгляда на свои работы, а привычный взгляд черезчур пристрастен и необъективен, «замылен», на языке фотографов. Без Тенно, художника, моего постоянного вдохновителя и критика, не было бы ни персональной выставки, ни портфолио.
  • нужно хорошо представить себе, что можно показать за имеющееся время. Да, не стоит приносить больше двадцати работ. Да, нужно показать только лучшие работы. Да, если есть две или три серии, то нужно выбрать лучшее из каждой. Это советует документ, и это понятно, с точки зрения критика. Но есть и разумные ограничения в способности человека воспринять информацию. Кроме того, у автора есть свои интересы. Может быть, важнее, чтобы критик полностью понял и воспринял одну серию из двух, чем чтобы увидел лучшее из обеих, иначе не избежать «распыления внимания». То есть иногда важнее, чтобы некая серия была целиком, чем чтобы были только лучшие работы из неё. Я пойду даже дальше: может быть, стоит решить, что кому показывать, хотя явно не в первый раз.
  • работы должны быть в своём лучшем виде. Любое объяснение словами («это можно разместить так-то и так-то») только съедает время. Конечно, одинаковый формат и одинаковая рамка — это красиво, это даже обязательно, во избежание пестроты и разнобоя. Эстетика показа важна, но если работа хорошо смотрится в огромном формате, то в таком виде её и надо принести (многие приносили огромные работы).

И главное: всё до сих пор были вопросы технические — что сделать, как оформить. И в документе тоже. А самое важное — знать, что ты хочешь собой представлять как участник. Позиционировать себя, как изделие на рынке. Кто я, в первую очередь и во вторую? Фотограф-любитель, художник- фотограф или фотограф-пейзажист? В какой-то мере, мы отправляемся туда, чтобы это узнать, но мы должны принести с собой какое-то изначальное суждение на эту тему, чтобы развить его, изменить либо опровергнуть.

Как проходит

Участников — 60, критиков — 19, два дня по пять часов, получается 30 двадцатиминутных сеансов, по 15 в день. Итого каждому участнику выпадает в среднем 9.5 сеансов, или 4.25 сеанса в день. Т. е. у участника может быть либо четыре, либо пять встреч в день, в зависимости от лотереи и от того, каких критиков он выбрал.

Ещё пару слов о лотерее. Участников опрашивают по кругу, с кем бы они хотели встретиться. Один круг — одно имя. Если участник выбрал одного критика, а другого «оставил» на следующий круг, то на следующем круге тот второй может оказаться уже полностью занятым. Ситуация осложняется тем, что некоторые критики не всё время присутствуют, а участвуют в других мероприятиях фестиваля. Причём это, как правило, наиболее именитые, наиболее «востребованные» люди.

Поэтому чрезвычайно важно заранее знать, кого из критиков хочешь встретить в первую очередь , упорядочить имена по предпочтению. Список критиков рассылается участникам заранее, за пару месяцев, и можно детально изучить, с кем хочешь встретиться и о чём с ним будешь говорить.

Собственно разговор

Как только не представляется этот разговор заранее! С одной стороны, видится напряжённая атмосфера деловых переговоров, как презентация продукта клиенту: ты должен уметь и успеть рассказать что-то, что важно для понимания твоей работы. Должен достаточно заинтересовать «клиента», как и на коммерческой презентации, каждое сказанное тобой слово определяет твоё будущее. С другой стороны — как экзамен, тебя оценивают, о тебе составляют мнение, ты должен быть готов услышать вопросы, на которые у тебя может и не быть ответов, вопросы «на засыпку». С третьей стороны, и это забывается в предэкзаменационных волнениях, но это и есть главное: ты должен быть внимательным слушателем, должен принять ответную информацию, ибо за этим ты туда и явился. В деловых переговорах, в презентации нам главное — произвести на клиента впечатление, показать товар лицом, если получилось заинтересовать клиента — дело сделано. Здесь же и вопрос, и ответ — в тех же двадцати минутах, продолжения может и не быть. По крайней мере, не стоит рассчитывать, что будет продолжение: даже если и будет, то это уже будут какие-то деловые отношения, а критику можно получить только в рамках тех двадцати минут.

При том, что всё это так, на самом деле оказывается не так страшно. Атмосфера очень дружественная и не заформализованная. Критики, как правило, очень корректны и вежливы, и обычно хорошо понимают человека, который перед ними сидит. Они не скажут обидных слов напрямую, постараются поддержать собеседника, быть конструктивными. Конечно, никто не отменял закона о том, что никогда нельзя второй раз произвести первое впечатление. Никто не отменял и закона о том, что встречают по одёжке. Однако критик изначально настроен к автору положительно, радушно. Может, ваша встреча и выльется когда-то в напряжённые деловые переговоры об условиях контракта, но эти двадцать минут - целиком для Вашего творчества. Надо лишь стараться понять, что имеет в виду критик, синхронизироваться с его взглядом, посмотреть на свои работы его глазами, и хорошенько запомнить, что тебе сказали. Иногда можно пытаться аргументировать своё мнение, объяснить чего-то, но нет большого смысла развёрнуто спорить: в середине Вашей аргументации время кончится. По большому счёту, мы пришли слушать, значит наша задача — выслушать и сделать выводы. Убеждать кого-то, если надо, — это уже после, и только если ему это интересно.

Как бы нам ни было тяжело, критику явно тяжелее. У участника — четыре-пять сеансов, и между ними можно осмыслить услышанное, сделать заметки, перевести дух и обратно упорядочить работы. У критика — пятнадцать сессий подряд, пятнадцать лиц и около трёхсот работ в одну длинную серию, без перерывов.

Атмосфера, окружение, участники

Очень похоже на соревнования по радиоспорту, если кто не знает — то на экзамены в институте. Основной принцип тот же: участники в середине, зрители — вокруг, причем зрители — это, в основном, тоже участники, ожидающие своего «выступления».

Как гостей фестиваля можно было узнать по большим фотоаппаратам, так участники просмотра выделялись наличием больших портфолио, просторных альбомов, гигантских чемоданов, тубусов и прочих приспособлений для переноски разного формата фотоснимков. Собственно просмотр проходил в танцевальном зале Дома Культуры Народного Просветительского Центра, а ожидающие участники размещались в холле, в баре, приютившемся в углу этого холла, на подоконниках и на ступеньках лестницы, ведущей на второй этаж. Документ рекомендует не терять времени и постоянно знакомиться с сотоварищами-фотографами. На практике это осуществить было весьма тяжело, т. к. сотоварищи - фотографы были активно заняты ухаживаниями за сотоварищами-фотографинями, которых среди участников просмотра оказалось абсолютное большинство. Вокруг танцевального паркета имелось некоторое количество стульев, и там размещались участники, у которых скоро просмотр, и оттуда же можно было наблюдать за просмотром остальных, что было чрезвычайно любопытно. Каждые двадцать минут участники должны были сменяться: либо переходить от одного критика к другому, либо выходить до следующего просмотра. Случались задержки и перебои. Многие волновались и нервничали. Некоторые участники выходили в бар, некоторые оставались в зале всё время.

Критики вели себя богемно, до и после просмотров сидели в баре, курили и разговаривали, следует понимать, на возвышенные темы. Координатор просмотра Мартин очень трогательно о них заботился, как о школьниках на экскурсии в незнакомом городе, постоянно следил, чтобы никто не заблудился, не потерялся, и улаживал коллизии. Всё время случались какие-то сдвижки из-за того, что кто-то опоздал, а кто-то не пришёл, а кому-то по лотерее досталось два сеанса одновременно. Из-за этого некоторым участникам приходилось меняться сеансами, а после просмотра получались еще одна-две сессии «из-за неполадок». Вообще, энергия и невозмутимость Мартина заслуживает отдельного упоминания. Такое впечатление, что при всей динамике и напряжённости проходящего события, для каждого из шестидесяти участников у него нашлась минутка для слов ободрения и поддержки.

Участники (на вид) были самыми разными. Несколько американцев держалось весьма заносчиво, было ещё несколько участниц из Франции, которые были явно не первый раз и всем своим видом показывали, что они — другая весовая категория. Остальные держались более-менее непринуждённо, в одиночку или группками, некоторые рассматривали альбомы друг друга. Разные работы, разные стили, разные способы подачи и показа — было любопытно и даже временами потешно наблюдать всякие разные средства, использованные для просмотра. Альбомчики, коробочки, огромные чемоданы, перчатки для предотвращения залапывания, книжки- раскладушки, экран компьютера. А иногда просто пачки от фотобумаги и даже конверты из минилабов. Один участник из Кореи даже привёл с собой свою модель, вероятно, для убедительности. Оба были в меховых курточках и сапожках на меху. На второй день, кстати, их не было.

Еще я обратил внимание, что некоторые, что называется, «не прониклись» духом события, возможно, ввиду некоторой отстранённости, свойственной художественным натурам. Приходилось видеть, как во время лотереи участники выбирали критика случайным образом, и это приводило к курьёзам. К примеру, одна участница демонстрировала снимки 10×15, на которых были смазанные изображения с экрана телевизора. При том, что несколько критиков признали это безусловным талантом, одна из последних встреч у неё получилась с преподавательницей фотографии из университета. Последняя весьма резко сказала, что ей тут нечего делать, она теряет время своё и критика. Видимо, следует понимать, что кому показывать. Кстати, у той же участницы были не только те маленькие снимки — у неё было ещё и большое портфолио на другую тему, но по результатам первых нескольких просмотров она перестала его показывать. В конце первого дня она сказала, что весьма воодушевлена, и чувствует себя более «сконцентрированной». Выходит, она заранее не знала, какая часть своего творчества для неё важнее, и только просмотры помогли ей в этом определиться. Пахнет непродуманностью, но ах, как понятно! Это не конструирование, это искусство, зона неопределённости. Чтобы такие казусы не случались во время просмотров, нужен свой куратор и определённые усилия по подготовке, но как сложно художнику продумывать, планировать, загонять в рамки! Интересно, что подобный разнобой органично вписывается в рамки события, критики по большей части очень приветливо и с пониманием относятся к авторам, не слишком уверенным в себе и в своём направлении. Собственно выявить это направление — одна из задач просмотров.

Всё это наблюдения как бы снаружи, а вот что изнутри? Примерно так: ощущение, что на тебя выливают ушат информации, поток, море. При правильном выборе критика каждое слово чрезвычайно ценно, потому что представляет собой мнение другого человека, объяснённое словами, взгляд с той стороны, концентрированный и точный, ибо перед тобой сидит не чайник, профессионал-искусствовед. После того информационного голода, отсутствия обратной связи, недостатка корректной и справедливой критики, ради которой и предпринято это сумасшедшее путешествие, ощущение, что ты дорвался до Эльдорадо и поток ценностей может сбить с ног. Надо записать! Я записывал всё время, и ещё пару недель после того продолжали вспоминаться всякие детали. Из заметок, сделанных между сессиями, потихоньку восстанавливались мнения критиков. По мере вспоминания приходилось записывать вечером, за обедом, в венском кафе, в самолёте, дома, по дороге на работу. У меня остались в блокноте фразы, которые я просто не помню, кто сказал. Без этих записей теперь уже невозможно вспомнить, кто же какое мнение высказал и к чему вёл — ведь всё это произошло на таком коротком временном интервале. А теперь, сравнивая заметки, я даже нахожу общие мотивы у разных критиков, одни и те же идеи, сказанные разными словами, нахожу и противоположности.

К середине второго дня просмотров напряжение начинает переходить в усталость. Состояние, похожее на лёгкое головокружение. Тебя только что разложили по полочкам, разобрали по косточкам и раскатали катком, а нужно собраться и сосредоточиться еще на четыре просмотра. Зачем? Чтобы тебя ещё раз раскатали или по стенке размазали? Но ничего, курячья выварка (так здесь называют куриный суп) и чай ставят мозги на место, и я возвращаюсь. (На самом деле, это я так прикалываюсь, я и не собирался уходить — я не из тех, кто выходит до конца сеанса). А последние просмотры как раз оказываются весьма оптимистичными. В конце концов, мне повезло, и во второй день у меня было целых шесть просмотров! Это потому, что я записался на все оставшиеся свободные квадратики — я ж за критикой приехал, а не по холодному городу шляться.

Город, фестиваль

Вся Европа затянута плотной многослойной облачностью. На земле — темновато, серо, тускловатые цвета и никаких теней. В Будапеште улицы засыпаны опавшими листьями по колено, а в Братиславе моросит дождик, дует ветерок, и жёлтая листва опадает с тополей прямо на шатающихся по старому городу туристов. Вопреки представлениям, по случаю фестиваля весь город не стоит на ушах, здания не светятся неоновыми огнями и фотографов не встречают на вокзале с почётным караулом, а девочки в белом не разносят цветы. Местные жители ходят себе по своим делам, молодёжь захаживает в… книжные магазины! В этом городе невиданное обилие книжных магазинов, я прям умиляюсь! В историческом центре города (надпись: «пешья зона») весьма людно, народ щёлкает мыльницами под немыслимыми углами и группкам чего-то объясняют на всевозможных языках.

«Народный Просветительский Центр» оказывается весьма мрачным серым зданием типа советских домов культуры, втиснутым между другими такими же серыми зданиями. Ветер качает тряпичный транспарант «Братиславский Месячник Фотографии». Внутри — пустой тёмный холл и чуть менее пустой бар, про фестиваль никто не знает и по-английски никто не понимает. Как найти адреса, написанные в программке — нет представления. Однако ближе к вечеру на улицах начинает наблюдаться скопление людей с большими фотоаппаратами, потихонечку стягивающееся вокруг упомянутого здания. Тут-то всё и начинается: вечером проходят открытия сразу трёх выставок подряд. Звучат речи (по-словацки, разумеется), разливается шампанское в сотни стаканчиков. Подглядываю за работой местных телевизионщиков: молодая корреспондентка и седой оператор своими силами транспортируют тяжеленную аппаратуру, после чего ей нужно привести себя в порядок и задорным тоном взять интервью у участников и организаторов. Так же, как и посетители, эти двое переходят с открытия на открытие, и всюду таскают с собой свою телекамеру, штатив, осветитель и огромную батарею. Юная леди с большой открывашкой остервенело механически откупоривает бутылки, также переходя со своим прибором с открытия на открытие. Выставки оказываются очень интересными. И вообще, приятно увидеть столько выставок сразу.

На следующий день другие открытия других выставок проходят уже в разных других местах, разбросанных по старому городу, а в Доме Умения открывают «информационный центр», представляющий собой двух смешливых девиц в гардеробе, которые, по крайней мере, могут на хорошем английском объяснить, где что проходит. Всё оказывается недалеко друг от друга, легко можно дойти пешком, и, отслеживая движение людей с фотоаппаратами, трудно сбиться с пути. Почти на всех открытиях — те же люди и та же пара телевезионщиков со своей аппаратурой (бедолаги!) плюс та же девушка с открывашкой. Три выставки в Евангельском Лицее (совершенно обшарпанное помпезное здание типа советских дворцов пионеров периода позднего застоя), одна выставка — в бункере-бомоубежище, ещё две — в городской галлерее. А вот городская галлерея — это роскошный дворец, пурпурный бархат и золото, и кроме двух выставок фотографии, там можно увидеть захватывающие дух работы голландских мастеров. Для фотографов с большими фотоаппаратами, понимающих исключительно английский — вход бесплатный. Правда, открытия проходили поздно вечером, и потому сразу после меропрятия всех посетителей вежливой жестикуляцией выпроводили («затворено, затворено») , не дав полюбоваться голландцами. На всех выставках наливают шампанское, так что после пяти-шести вернисажей можно напиться в стельку.

На этой оптимистической ноте, я пожалуй, закончу, ибо последующие два дня были заняты просмотрами, и других событий фестиваля мне посмотреть не удалось. Был аукцион фотографий, я подоспел аккурат к моменту, когда народ повалил с него, были ещё всякие открытия и конференции, о чём наверное, напишут другие статьи. Всё.

Благодарности

А теперь — в лучших традициях «Поля Чудес», благодарности:

• Наташке и Шмулику — за долготерпение;

• Тенно Соостеру — моему постоянному вдохновителю и критику — за веру, поддержку и постоянную заботу;

• Аркадию и Сэму (в алфавитном порядке, не деритесь, други) , без которых не было бы чикагских снимков;

• Игорю Култышкину — за подробную информацию о событии и рекомендации по подготовке к нему;

• Алексу и Эфраиму — за организацию профессиональной печати снимков;

Критикам (в порядке просмотров):

• Фреду Болдуину;

• Еве Марлен-Ходек;

• Ирине Чмыревой;

• Юдите Чадеровой;

• Паволу Брайеру;

• Ронде Вильсон;

• Евгению Березнеру;

• Кери Веллинг;

• Сусанне Лапитковой;

• Венди Ватрисс,

и, конечно же, Мартину и Мареку — координаторам просмотра.

Отдельная немеркнущая благодарность сайту photographer. ru, всему целиком, и нонстопу в частности, всем его создателям, организаторам и участникам, за создание дружественной среды обитания и воспитание меня как фотографа в течение последних четырёх лет, и ещё на много лет вперёд. Ура!


Подпишитесь на рассылку Photographer.Ru
Новости | 30 сентября 2016
Вручены премии Альфреда Фрида
Борис Регистер из Калининграда награждён европейской премией для фотографов
Treemedia переиздаст фотокнигу Игоря Мухина «Рожденные в СССР»
Тираж будет отпечатан по результатам кампании сбора предварительных заказов на книгу