Наверх
Loading
| Этнография

Байки на границах – 1

Нижняя таможня
 В Ташанте у КПП выходящих из машин людей встречает хлопец депрессивного вида. От других местных мы узнаем, что в те дни, когда он (кличка — Нижняя Таможня) чувствует себя по утрам хорошо, то надевает камуфляж, берет какую-то самодельную печать — и идет собирать с автоочереди «таможенный сбор» в сумме 10 рублей. Доверчивым плательщикам ставит куда-нибудь печать об уплате сбора, вид которой на следующем — настоящем — этапе таможенной процедуры людей в настоящей форме уже даже не раздражает…А сам Нижняя Таможня следующие несколько дней чувствует себя нехорошо.
Такая байка (может правда)

п. Ташанта, Кош-Агачский район, Республика Алтай, © Хайди Брэднер

Свадьба в степи
С проводником тётей Раей едем на дальнюю стоянку в Чуйской степи — недалеко от Кош-Агача — снимать свадьбу (Рая — дальняя родственница брачующихся). Хотя мы свалились на этот праздник неожиданно — встретили нас ласково, фотографировать разрешили — хотя, как это часто бывало в разных местах, немного стеснялись простоты своего быта.
История этой пары романтична : молодые познакомились за 4 месяца до своей свадьбы на свадьбе же общих друзей в относительно ближнем селе. И в тот же вечер будущий жених украл будущую невесту и увез к себе на эту самую стоянку.
Потом всё сладилось.
И свадьба получилась хорошая — только привезенный в приданное раскладной диван городского вида не вошел во входное отверстие поставленной для молодых юрты и красиво остался стоять в степи.

Теленгитская свадьба в степи, стоянка Чаган-Боргузы, Кош-Агачский район, Республика Алтай, © Андрей Кобылко

Мужчины, кони и собаки
 В магазине Чаган-Узуна стоим перед мучительным выбором напитка к ужину. Выбирать приходится между экзотической водкой «Вечный зов» (или — зев, написано затейливо) и вином «Дарующая радость». Отвлекшись, видим в проеме жесткую сцену : с явным превышением скорости по поселковой площади несется всадник с нечеловеческим выражением на лице — и вдруг на всем скаку летит через голову коня и очень травмоопасно падает в пыль. Немая сцена, падший не шевелится. Да и не верится, что после такого люди продолжают жить. Конь тоже молчит, ведет себя сдержанно и глядит на руку хозяина, не выпустившую поводьев. И тут приходит подмога — подбегает взволнованная собака, лижет жокея в голову, пытается носом эту буйную штуку поднять из пыли. Голова подает признак жизни, начинает шевелиться. Воодушевленная успехом собака продолжает реанимацию, подключается конь — тянет привязанную к нему руку…Мертвый воскресает, размазывает пыльную кровь, громоздится на свой транспорт и исчезает из виду на прежней скорости. После этого чуда воскресения свершается второе — для нас найдена менее галюциногенная водка «Сибирский размер».

Соколиная охота
Музей поселка Жана-Аул нам показывает его директор. Женщина рассказывает про то, как поселок полностью переселялся с одного места на другое (солончаки разрушили фундаменты прежнего поселка, и деревня переехала). В музее работают трое — в том числе истопник. Этот мужчина, будучи смелым музейным новатором, предложил однажды возродить при музее старинную забаву — соколиную охоту (в местном варианте раньше применялись небольшие беркуты). Была куплена в Монголии и привезена в музей перспективная модель хищной птицы, а истопник стал ее наставником.
Училась птичка неважно, но кушать хотела регулярно и помногу. Для обеспечения рациона (2 кг свежего мяса в день) музею была открыта натурально-кредитная линия от местного совхоза. Но в один роковой для будущего охотника день сумма долга совхозу достигла критической отметки… «В общем, мы попросили истопника сделать для музея мумию птицы, и теперь беркут работает в нашем музее экспонатом» — сказала директор и повела рукой в сторону витрины с чучелом.
А нечего было плохо учиться.

Стёпа-солярис
 В поселке Коо пытаемся снять историю про крещеных теленгитов. Выслушивают нас терпеливо, кормят ужином, оставляют ночевать (вот только насчет собственно съемок сомневаются: батюшка Макарий вроде бы не против, да паства не хочет). Знакомимся с всклокоченным Степаном, самым важным человеком в поселке, потому что он — источник света, а если по-казенному — моторист дизельной электростанции. В бетонном сарае тарахтит на всю деревню движок, а Стёпа кормит его солярой, пока не устанет. В полночь глушит агрегат и идет спать — и деревня во тьме до утра.
А однажды Стёпа чудом не погиб: отдыхали с друзьями на пастбище, а рядом упал кусок космической ракеты — металлические и химические дожди ракетного происхождения гуще всего падают именно на этот район (отработанные ступени и несгоревшее топливо).
Поэтому космос здесь не любят.

Моторист Степа, с. Коо, Улаганский район, Республика Алтай. © Александр Сорин

Разведданные
Несколько дней, глядя на переменчивую погоду, стоим у перевала, ведущего из алтайской деревни Кокоря в Туву, и собираем мнения местных о нашей способности его проехать на японских машинках (в проводники никто не идет).
Подходит женщина, оглядывает машины, и говорит : «Там речки надо не только поперек переезжать, но вдоль по ним ехать (то есть — по руслам). На ваших городских машинах ни за что не проедете — были дожди, вода высокая, да и камни огромные». Перекур со следующим консультантом дает такое известие: «Да вот приезжали тут тувинцы на мотоциклах с люльками, закинули по двухсотлитровой бочке бензина да и укатили обратно. А вы на ваших вездеходах так и вовсе проскочите не заметив» Потом такая боевая сводка: «Из Тувы двое наших притащились. Ехали на газе-шестьдесят-шестом — мост оторвали. Не суйтесь — застрянете недели на две и помочь некому будет. Разве что на конях..».
 В конце концов сомнения разрешил сгустившийся дождь, лишивший нас последних шансов проехать вдоль по этим загадочным рекам. Дождю мы поверили сразу, и, переверстав маршрут, двинули в объезд.
А может и нет его вовсе, перевала-то?

Улаганский район, Республика Алтай. © Александр Кузнецов

Церковь для Антарктиды
Приятно встретить вдруг человека, которого после учебы на архитектурном не видел лет девятнадцать. Вася Отришко живет в Усть-Коксе (и наездами — в Горно-Алтайске). Промышляет рукомеслами и архитектурой, а совсем недавно в паре с другом победил в необычном тендере и получил заказ на проект и строительство деревянной церкви на Антарктиде. Отличные парни-плотники скоро закончат рубить храм где-то под Горно-Алтайском — и готовый к сборке комплект в сопровождении авторов поедет в Питер — и далее морем на Южный Полюс. Неисповедимо.

Неэвклидова геометрия
— Скажите пожалуйста, вот если по этой дороге ехать, сколько будет километров до ближайшей деревни?
— На коне — четыре, а пешком — все десять

Улаганский район, Республика Алтай. © Александр Кузнецов


Подпишитесь на рассылку Photographer.Ru
Новости | 10 декабря 2016
Аукцион Vladey заинтересовал коллекционеров фотографии
«Всадник в персиковом саду» фотографа Фёдора Савинцева ушел за 1600 евро при стартовой цене в 100 евро
Из сети Instagram — в музей
#newstorymetenkov – выставка лучших фотографий инстаграм-конкурса «Дома Метенкова»
Вручены премии Альфреда Фрида
Борис Регистер из Калининграда награждён европейской премией для фотографов